Ошибка киллеров

– Так мне на посту быть, али как? – прокричал вдогонку сторож и в сердцах выругался: «Хозяин, туда его в печенку, больно крут, денег не дал, а уже грозится, как собаку выгнать. Ладно, поживем, увидим, что за перец такой горький». Опустил шлагбаум и засеменил в вагончик к печке-буржуйке. Понурый Принц остался возле крыльца.

– Сурово ты с ним обошелся, гляди, старческий маразм у деда,– промолвил Чернецкий.

– Вот бы и сидел на печи, а то язык, как помело. Ты ему слово, а он тебе – два, никакого почитания,– возразил Аристов.

– Надо к порядку сразу приучить, чтобы знал свое место. Я для него и администрация, и профсоюз. Шут с ним, будет еще огрызать, проявлять свой гонор, взашей прогоню. Кандидатов на роль сторожей и охранников предостаточно. Среди безработных здоровых мужиков, хоть пруд пруди.

Они подъехали к главному корпусу и вылезли из джипа. Викентий Семенович по-хозяйски огляделся: трехэтажный спальный корпус на сто мест, рядом пищеблок, столовая и клуб. А с левой стороны от корпуса недостроенный блок гаражей.

– Территория примерно гектара два с гаком,– прикинул он.– Станет тесно, в горисполкоме свои люди – зампреда, главный архитектор. Палки в колеса совать не станут. Жить красиво не запретишь.

– Да, валюта открывает любую дверь и решает проблемы. Главное, чтобы без помех и зеленый свет был впереди,– поддержал директор. – Я тебе, Семеныч, по-доброму завидую. Здесь есть, где развернуться. Твой бизнес будет процветать. Это курица, несущая золотые яйца, – похлопал он приятеля по плечу.

– Не говори гоп, пока не перескочишь. Пошли, глянем на апартаменты изнутри.

Аристов шел вальяжно, широко расставив руки, всем видом подчеркивая, что прочно стоит на земле. Они вошли в спальный корпус, оглядели просторное фойе.

Стены частично были облицованы импортной плиткой, полы покрыты цветным под паркет линолеумом. Осмотрели просторные комнаты на этажах. Перепланировка некоторых из них под “люкс ” не потребует больших затрат. Тщательно обследовали помещения на втором и третьем этажах с лоджиями и прекрасным видом на море.

Аристов и Чернецкий задержались на одной из них. Перед взорами блистал бирюзовый плес до самого размытого в синей дымке горизонта. Гребешки волн миллионами ярких осколков сверкали в лучах весеннего солнца. Вдалеке виднелись контуры судов.

– Чудесно, благодать,– Викентий Семенович полной грудью вдохнул морской воздух и вопрошающе взглянул на Якова Моисеевича.