Иоганн ван Роттенхерц – охотник на монстров

По завершении недельных поисков, расследований, рытья носом земли и осмотра окрестностей Иоганн был уверен, почти наверняка, что имеет дело с нежитью. И это не прибавляло ему хорошего настроения.

***

Прочие комнаты первого этажа оказались пусты. В гостевой комнате стояла небольшая мраморная статуя, изображавшая полководца древности, охотник забыл, как того звали. Статуя не подавала признаков жизни. Забавный факт, в общем-то, статуя не особенно отличалась от тех же солдатиков, но не была игрушкой.

Она была произведением искусства, по крайней мере, многие её таковой, наверное, сочли. Произведение искусства не игрушка – развлечение для взрослых. А значит – не опасно. У кукольной девочки нет над ней власти.

Кухня встретила их пустыми закопчёнными котлами, сковородками на крючках, старой расколотой скалкой на мраморной столешнице, маленькими окнами, как и везде очень плохо пропускавшими свет, и жутковато выглядящей пузатой печкой с чугунной трубой.

Это место навевало грусть, но опасности не представляло.

Ещё одной комнатой была комната слуг, несколько двухъярусных кроватей, ржавые ведра вместо ночных горшков. Одно окно. Слугам редко хорошо живется. На истлевшей простыне лежала простая соломенная кукла. Либо слишком слабая, чтобы заинтересовать девочку, либо слишком любимая кем-то, кто жил тут в прошлом.

Выбравшись в коридор, ван Роттенхерц с неприязнью, граничащей с ненавистью, посмотрел на шаткую деревянную лестницу – самого страшного врага инвалида.

Болели руки, ныла спина, покалывало сердце, а теперь ещё и по лестнице тащиться.

Однако взбираться на второй этаж было рановато. Хозяева сами спешили навстречу. По трещавшим ступеням, тяжело бухая ногами и мерно постукивая древком блестящей алебарды с засохшей на лезвии кровью и прилипшими волосками, к ним спускался заводной рыцарь. Большой ажурный ключ в его латной спине не вращался, механизм был не важен – кукольный конструкт обрёл жизнь.

– Проклятье! – выругался Иоганн. – Где они только находят такие куклы! Кто их делает! Это ж не фарфоровая чушка уже, это почти боевой голем.

– Какой-нить богатый засранец выпросил у папки на именины, а тут рядом везли, – пожал плечами хальст, даже не думая браться за палаш. Доспехи у куклы были настоящие – из полированных пластин бронзы, стали и серебра, с тонкой чеканкой.