Прыжки во времени. Парадигма бессмертия

Что вы рекомендуете купить на ужин с любимой девушкой?

– Она вегетарианка? – Дарья умело поддержала игру: присутствующие даже ничего не заподозрили.

– Н-нет, не вегетарианка, – весьма неуверенно ответил Петр.

– Возьмите шашлык из говядины и овощи.

– Тогда, пожалуйста, и бутылку коньяка. «Арахтан» у вас есть? – Калинкин ждал высочайшего одобрения.

– Есть, семь лет выдержки, семьсот двадцать рублей. Берете?

– Да. Еще сигареты «Парламент», пару лимонов и черный шоколад.

Нагрузившись покупками, Петр неторопливо, с глупым видом счастливчика, двинулся назад в дом Дарьи готовить ужин к ее приходу.

К вечеру хозяйка вернулась с работы чуть жива. Петр встретил ее в дверях и тепло обнял.

– Как ты, Дашенька? – спросил он, глядя в ее огромные глаза. Затем ладонью осторожно отвел от ее лица светлые локоны и нежно поцеловал в мягкие губы.

– Ой, даже не знаю. Весь день как во сне, на ногах еле держусь, – и в подтверждение своих слов без сил опустилась на стул в прихожей.

– Посиди, приди в себя. Хочешь, воды принесу? Я тут приготовил на вечер кой-чего, так что отдохни…

– Спасибо, пожалуй переоденусь и прилягу ненадолго. – Дарья вошла в комнату и бросила взгляд на обстановку: кругом порядок, на столе букет полевых цветов, ужин на столе… У нее дрогнуло сердце. – А ты молодец!

– Старался… Но ты не надейся: пока не отлежишься и не проголодаешься – к столу ни-ни! – улыбнулся Петр.

– Полная и сокрушительная удовлетворенность! Мужики сразу учуяли, завидовали кому-то…

Петр заботливо укрыл труженицу легким одеялом и приказал:

– Спи!

Через минут сорок Дарья подала признаки жизни: зашевилилась, потянулась, а затем повернула голову к Калинкину и поинтересовалась, сделав страшные глаза:

– Как, опять пить?

– Актриса еще та, и ведь знает, что не любить ее просто невозможно.

– Ваше Величество, ужин подан. Не соизволите ли приступить?

Дарья небрежно, без стеснения, сбросила халат и, смотрясь в зеркало, поправила прическу и критически осмотрела себя. Удовлетворенная, достала из шкафа элегантное красное платье с глубоким вырезом, с трудом влезла в него и попросила Петра застегнуть молнию на спине.