Алхимики

Сказать, что годы пошли тебе на пользу, – лениво протянул мужчина и шагнул внутрь. – Я бы не отказался повторить наше маленькое приключение.

– Вместе с его финалом? – едко поинтересовалась Даниэлла.

– Увы, – картинно развёл руки тот. – Все, что ты теперь можешь – стрелять глазками и мысленно желать мне мучительной смерти.

– Вашими стараниями, магистр Керн.

Мужчина рассмеялся, упиваясь её беспомощностью и злостью. Но в бледных, голубых глазах не было и искры веселья.

– Выкладывай, что тебе нужно и проваливай.

– Да уж, малышка Дана всё такая же сообразительная. Это не может не радовать.

– Что тебе нужно? – повторила свой вопрос Даниэлла, старательно игнорируя все его подначивания.

– Фу, какой скучной ты стала. А где же твой задор? Помнится, в былые времена искры так и летели!

– У тебя проблемы с памятью! И с головой.

Её начинало утомлять это хождение по кругу. Видимо, Керн понял, что сегодня явно не сможет вывести её из себя, потому перешёл к делу.

– Ты в курсе, что папаша-ректор заставил меня плестись за вами неведомо куда?

Даниэлла в ответ пожала плечами.

Керн раздражённо откинул светлую прядь со лба и продолжил.

– Так вот, малышка. У меня к тебе маленькая просьба. Сделай так, чтобы этот придурок либо забыл, кто он и куда идёт, либо потерялся где-нибудь в самом начале пути.

– Все, что я могу – мысленно тебя проклинать, забыл? Я уже двадцать лет, как под блоком живу, – мило улыбнулась Даниэлла, радуясь тому, что может хоть как-то расстроить его планы.

– Так потребуй у папаши снять его! – воскликнул тот. – Сделай что-нибудь, чтобы я побыстрее вернулся в родные стены. Если надо – прикончи Лиса. Тебе же не привыкать!

В голосе прозвучал явный намёк на события, о которых она вот уже десять лет старалась забыть.

– Я этого не делала! – против воли вырвалось у неё.

Керн несколько мгновений молчал, рассматривая. После развернулся и шагнул к выходу.

Уже через плечо он бросил:

– Я в курсе. Был на месте, это была не твоя магия.

Перед глазами всё потемнело от подступившей ярости.

– Но ты же знаешь, как я не люблю наш финал.

Дверь захлопнулась раньше, чем Даниэлла подскочила к канделябру, чтобы опустить его на блондинистую голову Керна. Из коридора она услышала его смех.

Значит, эта белобрысая скотина с самого начала знал, что она не виновна. И не сделал ничего, чтобы снять с неё обвинения.