Алхимики

– Именем Его магичества Августа третьего-два-первого, – Керн выставил вперёд академический медальон и раздулся, как индюк. – Наша повозка сломалась в пути. Нам нужен кров, сухая одежда и кто-нибудь, кто может вернуться на дорогу и помочь с ремонтом!

От приказного тона магистра Даниэлла скривилась, а Лис пробормотал что-то, мало похожее на почтительное обращение.

– Так это ж я вам не помогу! – пролепетала матрона, откидывая чёлку с глаз. – Это вам к старшому нужно, а он в разъезде сейчас. Как воротится, так сразу и повстречается с вами!

– И что вы нам предлагаете? – процедил Керн.

Даниэлла с трудом сдержала усмешку. Керн, окружённый полностью магическим коконом, отталкивающим воду, меньше всего походил на обездоленного промокшего путника. Видимо, у матроны были такие же соображения на этот счёт. Несколько мгновений она молчала, подбирая слова, а затем продолжила:

– Я могу предложить вам кров до приезда старшого. Но располагаться будете сами. У нас три кобылы жеребятся, все, кто не в поле, заняты там.

– Мы разберёмся, не переживайте, – опередил Керна Лис. – Вы только нас проводите мимо этих милейших существ, – он кивнул в сторону волкодавов.

Матрона присвистнула, и собаки нехотя отступили и замолчали.

– Следуйте за мной!

Керн недовольно поджал губы и шагнул вслед за матроной. За ним Даниэлла и Лис, всё так же насвистывающий какую-то дурацкую песню.

Глава 9

– Ну что, хозяйка, стол накрывать будешь? – осведомился Рейнард, скидывая мокрый плащ прямо на пол и широко потягиваясь.

Матрона раскрыла было рот, чтоб напомнить об уговоре располагаться самим, но увидев звякнувшую по столешнице золотую монету, моментально передумала. Расплывшись в благожелательной улыбке, женщина спрятала золото где-то в складках платья и поспешила к печи.

Пока Даниэлла пыталась вытереть ноги о коврик, Рейнард попросту сбросил грязные сапоги у двери и уже взгромоздился на трёхногий табурет. Керн вовсе разуваться не стал и прошёл к столу, оставляя за собой грязные следы.

Хозяйка будто не заметила этого, молча взгромоздив перед гостями чан какого-то непонятного варева, то ли жидкая каша, то ли густой суп, да раздав всем деревянные миски.

– Чаю налей, да сухарей подай, – продолжил распоряжаться Рейнард, накладывая себе полную миску с горкой.

Посмотрев на своих спутников, которые сидели сложив руки и ждали, пока их обслужат, он вздохнул и плюхнул по черпаку и в их тарелки.