Часовая башня

Открыв его чуть не лишился денег, так, как оно вывалилось из рук, упав к счастью на маленький прилавок, что был несколько ниже, перед окошком кассы задержалось на нём.

– Да отойдите же изверги! – обратился к толпе, готовой растерзать его, запихивая в портмоне наполовину вылезшие из него ассигнации.

Боялся, что очередь сметёт его ещё до того, как получит билет в руки. Сдача уже не столько интересовала его. Не понимал; обесцениваясь деньги становятся ещё привлекательнее для народа, в панике старающегося урвать как можно больше.

Поезд отходил ровно в девять вечера. Завтра к половине десятого, если всё будет в порядке должен быть в Питере. До отправки оставалось ещё около трёх часов. Но, не хотел покидать вокзал, чудом заняв освободившееся место, боялся встать.

Сомнительного вида личность стоя в непосредственной близости от кассы время от времени была окружаема людьми, которые сначала с некоторой даже агрессией, что-то спрашивали у него, затем, получив ответ, тут же били по карманам руками, в надежде мгновенно извлечь кошелёк.

Затем несколько удивляясь, и пряча было его обратно, всё же уже с меньшим желанием доставали из него деньги, отдавая незнакомцу с тоненькими усиками и шляпой, надвинутой на самые брови.

О Боже! Он продаёт билеты! Как бы дорого ни стоил – обязан купить. Никогда ещё не ездив в третьем классе, не хотел привыкать.

– Уважаемый, не имею чести знать вашего имени… – всё же покинул насиженное, нагретое место. Вокзал плохо отапливался, а на дворе был январь.

– Оно вам и не обязательно.

– Вы продаёте билеты? – с дрожью в голосе поинтересовался он.

– Да. Но, на сегодняшний осталось всего пара.

– Продайте же мне один! – взмолился Яков Карлович.

– С превеликим удовольствием. Не извольте беспокоится, – оглядевшись по сторонам незнакомец вытащил из-за пазухи маленькую картонку, розового цвета.

– Сколько с меня?

– Всего-с двадцать пять рублей-с.

– Ну, вы и душегуб!

– Не извольте-с беспокоится.

Цена, умеренная-с. Скажите спасибо, что остались ещё добрые люди. В Питере, слышал, по сорок бывало продавали.

– Дайте же скорее! – дрожащей рукой протянул три казначейский билета достоинством в десять рублей.

– Извольте-с получить сдачу-с, – протянул пятёрку незнакомец.

В Киев ехал прямым поездом. Но, ещё полгода назад, покупал до Москвы и обратно в Санкт-Петербург по шестнадцать целковых.

Подошёл к вагону задолго до посадки.