Я, презирая смерть, шагал вперёд, или Сесть я готов на трон. Пародии на стихи Михаила Гундарина. Часть II

Но тут сплошняком пошёл

текста финального частокол,

сериальные титры – бестолочь и мученье –

оставляя за кадром самую суть –

цветастый халат, обнажённую грудь…

Такова поэзии мерзость, её назначенье.

Владимир Буев

ПОХОДЯ ПОХОТЬ

Явился к бабе без шампанского. Чего хотел?

Будь рад, что вообще впустила на порог.

Свою всю водку выпить возжелал – полный беспредел.

С боем на кухню отправлен – такой вот пролог.

Столетним дедам и без водки негоже цеплять

девиц помоложе, пусть им уже семьдесят пять.

Но если в атаку пошёл, то иди до конца,

иначе и в сто пятьдесят не увидишь венца.

Мелькание телека, стих из ума не идёт:

то рысью несётся, то встанет, то еле ползёт.

Зачем я явился сюда, позабыл – вот мученье.

А, впрочем, всё явственно осознаю.

Я грудям с халатом цветастым гимн с одой пою,

но орган сто лет, как забыл о своём назначенье.

Утро туманное

Михаил Гундарин

ОСЕННЕЕ УТРО (ПОХМЕЛЬНЫЙ СОНЕТ)

Неизвестному времени суток

Мы, как в юности, отдали долг.

Наша кровь, словно сказочный волк,

Из темницы выводит рассудок

Издыхая, несёт в промежуток

Между часом, чей бубен умолк,

И вечерним, звучащим, как шёлк,

Ох, не близким…. Теперь не до шуток!

Поднимайся с постели, дружок,

Делай кислого пива глоток,

Принимайся за дело по новой.

Ты, царевич, один, ты один,

Вбитый в сердце осиновый клин,

Шерсти клок на рубахе шелковой.

Владимир Буев

УТРО ТУМАННОЕ

Вот читаю я Мишу, пытаясь

Вспоминать, где был сказочный волк,

Кто, рассудком чужим восхищаясь,

Из тюрьмы ум спасать ведал толк.

Но, наверно, в мальцовстве я сказки

Очень редко и плохо смотрел:

Смысла в куцых парнячьих отмазках

Про долги потому не узрел.

Поднимаясь с постели, дружок,

Мины кислой (мол, не новичок)

Не раскрашивай в краски лимона:

Мол, ты хан, падишах иль султан,

Или круче ещё – Дон Жуан,

Дескать, нужен гарем для гормона.

Размотаться на километр

Михаил Гундарин

С РАБОТЫ

Хорошо говорить и плыть

По снежному и чужому,

Наматываясь, как нить,

В направлении к дому.

Этим вечером столько лет,

Как я трезв и в дороге,

Как витрина, ломаю свет,

Обиваю пороги.

Нужно вольную дать огням,

Чтоб о нас рассказали,

Догорев, побывали там,

Где мы будем едва ли.

Владимир Буев

Размотаться на километр

Или сразу на пять кэмэ.