Перевернуть в парадоксальное

А бывает: подниму я ногу,

Только собираясь погулять,

Лёгкие выходят на дорогу

Даже без меня пощеголять.

Там уж кучи братьев их любезных,

Правых, левых, собрались на сход.

Купол майский солнечный небесный

Лёгкие весь взяли в оборот.

Ноги – в руки, и вдогонку пулей,

Выверяя прямоту угла.

Дело было летом, да, в июле,

Потому вокруг купель тепла.

То ль за лёгкими лечу без слуха,

То ль за электричкой, как стрела.

Вспоминаю только, что два уха

Не водил с утра под купола.

И стрела моя, вернув к истоку

Тело симметричное моё,

Унесёт со столбовой дороги

Руки-ноги в тесное жильё.

Как двоякодышащий (две ноздри),

Я без лёгких не могу прожить.

Тело в порах: где врачи? медсёстры?

Не дождётесь! Рано хоронить!

* * *

САНДЖАР ЯНЫШЕВ

Такие есть слова, чье внутреннее чудо

обходится без букв, лепящихся извне,

которым, дальних тел кровиночку почуя,

бы смыслом подарить, присяжным новизне:

Маслинные глаза, расплеснутое утро…

А сами-то глаза?.

Но свет, что льет и льет в запахнутую юрту,

он остается в ней – как шахматы её.

Нет, я мягчу cлова – и тенью налитые,

и зноем; что темны, как плод, – а налегке!

Уколешься таким, лимона или дыни

потянешь черенок и – перышко в руке.

В них видишь свой итог – и в них зерно лечёбы

находишь всякий раз, когда, как воск, течёт

окрестная листва… Слова такие – пчёлы.

И кожа. И земля. И дерево.

ВЛАДИМИР БУЕВ

Послушаешь иных – изыскана словесность:

ласкает ухо мат и слово-паразит.

Любезностью ответишь честно на любезность —

кулак твой глаз и нос мгновенно поразит.

Под глазом синячок, кровиночка из носа.

Маслинные глаза, расплюснутый рассвет.

В совхозе я сейчас? Иль на полях колхоза?

Или степной народ из юрты шлёт привет?

С тех пор мягчу Слова, держусь теперь канона,

а чудо для меня – как можно меньше слов,

где нет ни пчёл, ни игл, ни кислого лимона.

В молчании таится золото веков.

Зажму перо в руке. К чему теперь слова?

(И кожа. И земля. И дерево. И мёд).

Все с детства знают их, на ноги встав едва.

…Но не могу молчать, и речь моя течёт.

* * *

САНДЖАР ЯНЫШЕВ

Ода симметрии. Из книги «Офорты Орфея»

Помнишь, я маятник пел, постигал?..

Время струиться – и время треножиться.

К этим матрёшкам, картам, стихам

ты уже, кажется, не относишься.