Последний атаман Ермака

И началось все с вести от дозорной заставы – примчал от десятника Иванки Камышника гонец, молодой казак Гаврила Иванов. Еще не распахнулись перед ним крепостные ворота, а он уже из седла во всю мочь горла оповестил казачий стан:

– Атаман Ермак! Невдалеке пышное татарское шествие близится в сторону Кашлыка!

Матвей Мещеряк был ближе всех к вестнику, тут же уточнил у беззаботного казака, для которого, похоже, не было большей радости, как ухватиться за звонкую саблю и кинуться очертя голову в яростную рубку, чтобы пометить татарам за все прошлые грехи.

– Много их? Какой силой идут?

– Да никакой силы нет! Идут всего десятка три-четыре, не более!

– Кто ведет их? Разглядели?

– Да бес их распознает, атаман Матвей! Едут дорогие халаты, длинные усы да бородки хилые. Поверх голов – шапки островерхие! А пушек и затинных пищалей не волокут, это так же верно, как и то, что родила меня моя родная матушка Ефросинья! – озорно добавил щекастый Гаврила, легко спрыгнул в грязь с коня, поклонился подошедшему Ермаку, добавил строго, без зубоскальства: – Недалече уже, с версту.

Скоро татары выйдут вон из-за того леса, что неподалеку от Саусканского мыса на Иртыше.

– Хитрость кучумовская, не иначе, – проговорил атаман, нахмурил лоб и выжидательно уставил взор на юг от Кашлыка, откуда должны были приехать незваные гости. – Иван, прикажи казакам изготовиться к возможному нападению Кучума. Не для отвода ли глаз нам едут эти неспешные гости в малом числе?

Татары и в самом деле, выехав из леса, плотной толпой, неторопливо, без обычного лихого покрика и яростной скачки приблизились к Кашлыку, по широкому деревянному мосту через ров подъехали к воротам и спокойно въехали в городище, направляясь к крыльцу ханского дворца, рядом о мечетью, где их ждал Ермак и его сотоварищи атаманы Иван Кольцо и Матвей Мещеряк.

Впереди, сойдя с коня, шел знакомый уже казакам Кутугай, слегка прихрамывая на левую ногу. Шел широким шагом, расточая улыбки из-под черных редких усов встречным казакам. За Кутугаем, сверкая расшитым золотыми нитями халатом ярко-зеленого цвета, в роскошной собольей шапке с высоким верхом, с дорогой саблей в серебром украшенных ножнах, в мягких зеленых сапогах шел молодой и, видно было, очень знатный татарин. На красивом румяном лице тонкими хвостиками по обе стороны рта свисали к темной бородке подстриженные усы.