За золотым призраком

– Твой хозяин у себя? – спросил странный господин на английском языке, но с акцентом, похожим на акцент немцев. Только у Дункеля голос звонкий и чистый, как у трубы образцового оркестра, в то время как этот господин говорит с легкой хрипотой, словно картавил с раннего детства, или курить начал весьма давно и прокоптил свои легкие.

Али не счел нужным скрывать очевидное и ответил, что хозяин довольно давно покинул номер и ушел куда-то.

– Таузенд тейфель![12 - Таузенд тейфель! – Тысяча чертей! (нем.

)] – прокричал что-то господин в очках, усы дернулись влево, как у неуравновешенного человека, перенесшего первый легкий удар давления в голову. – Как же! Я сижу здесь едва ли не с утра и не видел его выходящим! Не мог же он улететь через окно или через крышу!

Али молча пожал плечами, и это при его невозмутимом выражении лица можно было истолковать двояко – и как не желание раскрывать тайну господина, и как элементарную неосведомленность слуги.

– А куда вообще думает ехать господин Дункель? – снова полюбопытствовал господин Колли, как мысленно окрестил его Али.

 – У меня нет достойных попутчиков, и я охотно бы просил господина Дункеля разделить со мной свои путевые заботы. Так куда же…

– Извините, господин… – только и сказал на это Али, а глазами и мимикой напомнил, что не со слугой ему надо говорить на эту тему.

– Да-да, любезный, конечно, я дождусь твоего хозяина.

Али откланялся и поспешил по лестнице вверх, от волнения позабыв про лифт, открыл дверь и… едва не вскрикнул – перед ним стоял сам Отто Дункель! Али знал, что хозяин был в городе, и довольно долго, но выглядел так, будто только что вернулся из бассейна: лицо свежее, умытое, а волосы слегка влажные и аккуратно зачесанные назад.

У ног на коврике стоит небольшой светло-коричневый саквояж – его раньше у хозяина не было.

– Что с тобой, Али? – строго насупив брови и каким-то настороженным тоном спросил Дункель, видя, что слуга усиленно пытается справиться со своим испуганным лицом.

 – Где ты был только что?

– Выходил молодым господам купить свежие вечерние газеты, но их еще не привезли, – соврал Али и, кажется, весьма удачно. О господине в темных очках и с волнистой челкой на низком лбу, что еще больше делало его похожим на колли, благоразумно решил не говорить – пусть сами разбираются между собой, у него и своих забот предостаточно.

– Распорядись об ужине. Пусть подадут в номер.