Коварный камень изумруд

Фаре де Симон орал, забывшись, что в лавке стены тонкие, всего в два кирпича шириной:

– Мы далеко смотрим и далеко думаем! Уже собраны силы, чтобы по всей Европе начали скидывать с тронов неугодных нам королей! А мы посадим туда своих… своих королей, понял? И миллион европейских солдат по нашему знаку сомнут эту навозную русскую страну! Один император будет на всю Европу! Нам надоело кланяться пяти десяткам королей и князей. Одному императору легче поклониться и одного легче зарезать или придушить! И когда твой принц Александр Павлович нам не поклонится, мы нашего, европейского императора заодно посадим править и этой… этим российским свинарником!

У Мишки Черкутинского лицо оживилось.

– А кто будет этим всемирным императором?

– Наполеон Буонапарте! – выкрикнул в экстазе Фаре де Симон и тут же заткнулся. Схватил огромный ананас и стал им лупить по голове польского недоноска, сподобившегося задать ненужный вопрос. Он лупил неистово и потому не услышал, как стукнула дверь.

* * *

Ямщик, здоровенный детина, кулаком оглушивший толстого иноземного купца, наклонился над сидящим на полу Мишкой Черкутинским:

– Слышь, барин, а барин! Хошь, иди сам его долбани. Хоть ногой! И не единожды. А хошь, так поехали отсель! Как?

– Поехали отсель, – согласился Мишка Черкутинский.

Глава четырнадцатая

В квартире Фаре де Симона, в Бранном переулке, слуга его, итальянец, совсем избегался, готовя для хозяина ледовые примочки на разбитое лицо.

– С-с-с-собака! Этот русский возница! Будто конь копытом лягнул! – пожаловался французскими словами Фаре де Симон из своей спальни в открытую дверь кабинета. Там скрипнуло кресло, некто кашлянул.

Ещё раз кашлянул и сипло ответил на странном, вывернутом из мутного старого африканского языка «идиш»:

– Не вздумай насчёт этого… синяка… Михаила Черкутинского примучить! Ему нами спланировано большое будущее в этой стране. Ниже, чем премьер-министром ему не быть!

– В этой стране нет должности премьер-министра, – отмахнулся Фаре де Симон.

– Будет! – уверил его тот же сиплый, совсем простуженный голос. – Вон, ещё двадцать лет назад такой страны – Северные Американские Соединённые Штаты не было? Не было! А теперь есть. С нашим президентом и с нашим государственным секретарём. Так и эта… скотская Россия… через десять лет прискачет к свету нашей демократии… хе-хе… Прискачет, прискачет.