Я тебя породил…

Дмитрий Германович отер лоб собственным галстуком и, как ни в чем не бывало, важно произнес:

– Ну так вы не сказали мне самого главного. Жива моя дочь или нет?

– Жива, – кивнув, тихо ответила Яна.

– Я рад успокоиться хотя бы этим, – пробормотал Незнамов и, отставив в сторону левую руку, посмотрел на часы. – Ну что ж, мне пора. Я должен ехать по делу. Буду нужен – разыщете. Только предупреждаю: больше при мне не делайте этих своих фокусов!

Милославская, едва сдерживая улыбку, распрощалась с Дмитрием Германовичем и покинула его офис.

ГЛАВА 5

Яна Борисовна сидела у открытого окна и перед маленьким круглым зеркальцем снимала косметику. Ее лицо слегка обвевал проникающий в комнату ветерок. На улице было тепло, даже жарко, но пахло уже как-то по-осеннему, хотя в разгаре и стоял еще летний месяц. Наслаждаясь этой необыкновенной порой, никак не названной в календаре, Милославская размышляла о только что минувшей встрече с Незнамовым.

Ее уже не веселил ни его испуг, ни недоумение его секретарши.

Она всерьез думала о том, что поведало ей последнее видение. Милославской было понятно, зачем Галюся могла понадобиться бандитам. Если это те, из Питера, то они либо вернут девушку в обмен за власть на Нефтебазе, либо, не дай бог, уничтожат ее, выставив это угрозой жизни самого Незнамова. Если же это другие, не названные Дмитрием Германовичем его недоброжелатели, то они, возможно, вскоре должны были потребовать за Галюсю выкуп.

А телохранитель? Кому и зачем он мог понадобиться? Вот что по-настоящему будоражило мысли гадалки в этот момент.

Его или отпустили, припугнув так, что он никогда уже не появится в городе, или, что вероятнее всего, убили.

С прихожей донеслось довольное поскуливание. Яна обернулась. Джемма стояла напротив двери и энергично виляла хвостом. Заметив взгляд хозяйки, она звучно гавкнула. Внезапно раздавшийся звонок заставил Милославскую вздрогнуть. Вот отчего так волновалась ее любимица! Гостя почувствовала! Но кто это мог быть? Гадалке никого не хотелось в тот миг принимать.

После сеанса, как это всегда бывало, она чувствовала себя разбитой.

Благодарственно погладив на ходу собаку, гадалка пошла открывать. Обуваясь, она крикнула с крыльца:

– Кто там?

– Кто? Кто? – раздался из-за калитки недовольный мужской голос. – Заперлась на все засовы средь бела дня!

Яна Борисовна сразу же узнала своего давнего приятеля, Семена Семеновича Руденко. Правда, гораздо чаще его называли Три Семерки.