Телефонист

Через десяток метров впереди показалась темная чугунная ограда. Позади послышался гул мотора. Марк обернулся. В дальнем конце улицы появились две точки горящих фар. Проблесковые маячки на крыше машины озаряли окрестные дома красными и синими всполохами. «Вот и Особая служба пожаловала», – с досадой процедил Марк. Особисты наверняка засекли скопление теней и теперь ищут телефониста, ставшего источником возбуждения.

Машина быстро приближалась, по-звериному завыла сирена. Марк рванул вперед, забыв про боль в колене.

За десять секунд он добежал до ограды и нырнул в темную щель открытой калитки. Он едва отдышался, когда мимо пронесся черный фургон.

Звук сирены постепенно удалялся и наконец затих. Марк закрыл за собой калитку и вгляделся в вечерний полумрак. Впереди под светом редких фонарей тянулись нестройные ряды могил и однообразные памятники – застывшие в скорбных позах мраморные женщины и дети, граненые миниатюрные обелиски. Марк уже давно не приходил на это кладбище. Он поморщился. Если бы люди знали правду о смерти, то не оплакивали бы мертвые тела родных.

Марк медленно побрел по дорожке, ведущей от калитки вглубь кладбища. Колено болело, приходилось часто останавливаться и отдыхать, присаживаясь на могильные плиты. Марка била мелкая дрожь. Минут через двадцать впереди открылась широкая, закатанная в асфальт аллея. Вдоль нее, словно часовые, вытянулись черные кипарисы.

Ноги помнили дорогу. Марк прибавил шагу. Миновав десяток участков, он свернул на размокшую узкую тропинку и пошел к центру кладбища.

Через несколько минут могилы поредели. Посредине песчаной площадки к небу тянулись два белых обелиска. Между ними на метровой высоте висел куб из черного гранита. Фигура, казалось, парила над землей, но Марк знал, что ее удерживают тонкие стальные тросы. В сумраке грани куба выглядели гладкими. Марк подошел вплотную, провел ладонью по мокрой после дождя поверхности камня. Подушечки пальцев нащупали вереницу мелких неглубоких вырезов.

Сзади послышался шорох, Марк обернулся.

К нему вразвалку приближалась высокая плечистая фигура. По походке чувствовалось, что идет человек мощный, с крепкой костью.

– Ы-ы-ы! – донеслось до Марка.

Он улыбнулся и пошел навстречу нежданному гостю:

– Матвей!

Через мгновение Марк увидел лицо здоровяка: широкие скулы, по-детски пухлые губы, белки глаз, сверкающие из-под густых черных бровей. Одет он был в поношенную зеленую куртку, мятые армейские штаны и стоптанные зимние сапоги.