Возвращение Орла. Том 2

– А если прозреть сразу чертополох с оврагами?

– Тогда из нас сразу дух вон!

– А может быть, наоборот – это нам будет подсказка и повод, чтобы упереться и оврагов не допустить, изменить картинку! Крепче, как говорится, взяться за вёсла… – Африка сделал мощное гребное движение.

– Если тебе для того, чтобы, как ты говоришь, упереться и оврагов не допустить, нужен повод в виде картины будущей разрухи, а просто так мы упираться не собираемся, давай я её тебе нарисую.

– Ну-ка, нафантазируй.

– Сейчас, что-нибудь пожутче… Скажем, так: Союз развалится, Средмаш разгонят, промышленность угробят, армию унизят, все оставшиеся богатства страны разделят между собой несколько вонючих чертей, на Украине будут НАТОвские базы, а ты станешь бомжом и сдохнешь под забором…

Все примолкли.

Как-то неловко стало от прозвучавшей глупости.

– Чего сидишь? Давай, упирайся!

– Хреновый из тебя Нострадамус… Союз развалится!

– Чем тебе не повод упереться?

– Да не будет такого никогда.

– То есть сейчас упираться не хочешь?

– Хрень какую-то сморозил, а я упирайся. Вот если такое случится, тогда…

– Тогда будет поздно. Будущее нужно менять, пока оно ещё не наступило. А самый простой способ изменить будущее – изменить прошлое. И его меняют! Разве ты не слышишь, как скрипят поворотные рычаги во вражьих руках? А мы на капусте…

– И как они это делают? Машину времени, что ли, изобрели с одним задним ходом?

– Машинку… сначала простую печатную, потом говорящую, теперь вот и показывающую… а завтра такую, что и думать за тебя будет.

Только событие происходит, становясь де-факто прошлым – на него, как голодные собаки набрасываются все: политики, журналюги, художники, бабки у подъездов, анекдотчики с водопроводчиками, и начинают его под себя перелепливать. Кто ушлее, того и прошлое… а заодно и будущее. Вот где теперь настоящая битва. Виртуальный Сталинград, и мы его проигрываем.

– Да, тяжело бороться за прошлое, которого толком и не знаем… а если не поплывём, то где и узнаем…

– Как где? В языке! – вставил своё Аркадий.

 – Размотай слово, как клубочек, а внутри зеркальце: смотрись!

– Так дальше пойдёт, то и говорить начнём на английском: посмотришь в зеркальце, а там какой-нибудь Джон или Билл.

– Интересно, останемся ли мы русскими, если заговорим на другом языке? Где хранится эта самая русскость? В чём? – Простые вопросы – Африканский конёк.

– В крови, – потряс фляжкой Виночерпий.