Волшебное зеркало

Но тем казнённым демоном лис старый оказался,

И он имел средь демонов друзей, довольно сильных,

И за него для мщенья весь подземный мир собрался,

Мне битва с ними предстоит в глубинах бездн, могильных.

Нужна поддержка ваша мне, вы завтра приходите

В наш храм бога войны, иметь мне вашу помощь важно,

И цины с барабанами с собою приносите,

Сражаться вместе с демонами будем мы отважно».

И утром члены той семьи все к храму поспешили,

Позвали и соседей, чтобы те им помогали,

Свирели, барабаны, гусли, цины прихватили,

Народ в большом количестве у храма там собрали.

Услышали вдруг в небе топот лошадей, небесных,

Доспехов звон, раскаты огненных мечей, сверкавших,

Ударили и барабаны, гимн войны игравши,

Стоявшие у храма люди сред рогаток, тесных,

А вскоре дымом храма двор заволокло и выси,

И на деревню падать с неба тела лисьи, стали.

Той ночью генерала Чжоу лик все увидали,

Сказал он: «Оскорбил я Патриарха магов лисьих,

Забив так много воином и слуг из его рода,

Он подал на меня в небесный суд иск с обвиненьем.

А также Императору небесного народа.

И вскоре судьи начинают дела изученье.

Надеюсь я, что вы поможете мне защититься».

Сказав так, генерал селянам низко поклонился,

Назвал всем место с временем, где суд должен совершиться.

Услышав те слова, народ деревни возмутился,

Решили все за генерала Чжоу заступиться,

Пришли в тот день, выстраиваться стали у врат храма,

И ждали с замираньем в сердце, чтобы поклониться.

А в полночь прибыл Император с личною охраной,

А с ним со слугами седой старик на паланкине,

С дощечкой из алмазов: «Патриарх всех лисьих магов»,

Имел он зубы острые с резцом посередине,

И брови белые. Все слуги шли степенным шагом.

Затем сам бог войны Гуанди шёл, всех приглашая

В свой храм, гостям показывая всем своё смиренье.

И Лисий Патриарх тут сразу начал обвиненья,

Своею пылкой речью выиграть суд, полагая.

Сказал он: «Жажду, чтоб всё прояснилось в этом деле,

Конечно же, лис, молодой, заслуживал расправы

За действия, развратные. Вы в этом были правы,

Но его подданные ведь вины же не имели,

Но были все убиты вашим славным генералом.

За что? – я спрашиваю. – Разве это справедливо?

Ведь праведность и справедливость правят тем началом,

Где каждое добро всех, как неоспоримость, живо.