Дьявол и Город Крови 2: кому в Раю жить хорошо…

 – В одном псалме он – Бог, в другом – больная немощь, в третьем – угрожает, в четвертом – призывает врагов, в пятом – стыдит… Вот ты – встала и сказала: «Чем же я хуже Благодетеля, если Бог один и все одинаково сотворены им?» Естественно, вампиры знают, в чем их преимущество, и как сделать проклятие знамением. И ответит: «Приди, принеси кадильницу – и увидишь, с кем Господь!» И буду на стороне вампира. У него в земле молитва, а у тебя могила. Подниму то и другое. Но не потому, что одних люблю больше, других меньше – для меня все равны, просто помогаю человеку увидеть его землю.

Если б я завел любимчиков, был бы я Богом?

– Ну-у… – неопределенно протянула Манька. – Молитвы должны быть к месту. Плохо – одна, радостно – другая, беда пришла – третья.

– «Остры стрелы Твои; народы падут пред Тобою, они – в сердце врагов Царя. Престол Твой, Боже, вовек; жезл правоты – жезл царства Твоего. Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих.

Все одежды Твои, как смирна и алой и касия; из чертогов слоновой кости увеселяют Тебя… Излилось из сердца моего слово благое; я говорю: песнь моя о Царе; язык мой – трость скорописца…

Дочери царей между почетными у Тебя; стала царица одесную Тебя в Офирском золоте. Слыши, дщерь, и смотри, и приклони ухо твое, и забудь народ твой и дом отца твоего. И возжелает Царь красоты твоей; ибо Он Господь твой, и ты поклонись Ему.

И дочь Тира с дарами, и богатейшие из народа будут умолять лице Твое…»

Где тут меня славят? Разве, не Царя и Царицу славишь в своей земле?

Или: «Я сравнялся с нисходящими в могилу; я стал, как человек без силы, между мертвыми брошенный, – как убитые, лежащие во гробе, о которых Ты уже не вспоминаешь и которые от руки Твоей отринуты. Ты положил меня в ров преисподней, во мрак, в бездну. Отяготела на мне ярость Твоя, и всеми волнами Твоими Ты поразил меня.

Ты удалил от меня знакомых моих, сделал меня отвратительным для них; я заключен, и не могу выйти…»

А ты, разве, можешь сказать о себе другое? Найди мне хоть одну молитву, где проклятый молился бы за себя: «Я попал в капкан Царя и подельников его, попирает Царь землю мою – избави меня, Боже, от капкана и всех этих разбойников!»

– Это что, опять против меня? – Манька раскрыла рот от изумления.