Шоумен. Ментовские оборотни

Он заговорил по-испански, и переводчик, хотя и с акцентом, но достаточно понятно донёс его мысль до присмиревших и глупо улыбающихся молодожёнов:

– Господин президент хотель приветствоваль вас в такой ваша торжественный день и желал вас как хотель …

Тут президент заговорил снова, переводчик умолк и лишь потом завершил фразу, изречённую патроном:

– …И желал вас как хотель вы сами для себя и даже ещё больше!

При этом президент благосклонно кивал, давая понять, что именно это он и имел в виду.

Президентская свита бесцеремонно пялилась на нарядную невесту. Стоявшая рядом с президентом расфуфыренная девица строила Мише Брусникину глазки.

Президент заговорил, и переводчик с готовностью перевёл:

– Президент имель такой красивый пара видель первый раз, и русски самий красивий лубовник весь мир!

Президентская свита с готовностью закивала. Да, мол, много ездим по миру, многое видим, но такой красотищи отродясь не видали.

– Вы офицер? – перевёл переводчик вопрос президента.

– Да! – легко и просто ответил Миша.

– Это твой ордена? – продолжал светскую беседу президент.

– Да! – отвечал Миша, поражаясь той лёгкости, с которой ему удавалось общаться с главой иноземной державы.

– А за что ордена?

– Да! – брякнул Миша, не подумав.

Обнаружил, что сказал что-то не то, побагровел, исправился:

– Нет!

Понял, что снова ответил невпопад, и обмер, потому что иссяк уже его словарный запас, ведь кроме «да» и «нет» что-либо другое говорить было не велено.

– Не понималь, – озадаченно посмотрел переводчик, пытаясь уяснить, что именно должен он доложить ожидающему ответа президенту.

– Что же ты вытворяешь, урод! – сказал за спиной Миши подполковник Байстрюков с такой лучезарной улыбкой, с какой гордящийся успехами своего отпрыска папаша мог бы представлять гостям сына, только что выигравшего шахматную олимпиаду.

Миша побагровел ещё больше, и был он так смущён и так мил в эту минуту, что расфуфыренная девица, стоявшая рядом с президентом, не удержалась и захлопала в ладоши.

И вся свита тоже зааплодировала. Девица что-то сказала президенту. Президент перестал улыбаться и посмотрел на Мишу так, будто в этом русском парне ему открылись какие-то новые черты. Миша подумал, что это как-то связано с его нелепым внешним видом, и на всякий случай расправил плечи и подтянул живот.