Шоумен. Ментовские оборотни

Ещё меня благодарить будешь.

И он эти слова в аккурат тогда произнёс, когда они нос к носу с Клавой очутились. Клава глупо хихикнула и сделала книксен.

– Вот! – сказал подполковник Байстрюков. – Уже и в белом платье. Хоть прям сейчас под венец.

– Нет, ну нельзя же так вот сразу, – капризно произнёс Филипп.

– Именно сразу! – сказал с нажимом Байстрюков.

– Нет, я не хочу, – продолжал капризничать Филипп. – Ну что это такое, в самом деле! Да и Алла …

– А Алла с тобой уже, считай, в разводе, – сказал безжалостный подполковник Байстрюков и посмотрел на собеседника холодным взглядом инквизитора.

 – Ты забыл, что на гастролях в Сыктывкаре отчебучил?

– А вы откуда знаете?! – дрогнул Филипп.

– У меня работа такая – всё знать. И у тебя теперь два пути. Или ты ведёшь эту красавицу в загс, или я веду тебя к прокурору, – сказал словами киношного героя Байстрюков. – Но к прокурору – это я тебе очень не советую, Филипп. Реальный срок. На зоне тоже можно петь, конечно. В художественной самодеятельности.

Но Алла тебе туда передачки возить не будет.

– Почему? – заметно занервничал Филипп.

– У неё ж гастроли, – сказал Байстрюков рассудительно. – Творческий человек себе не принадлежит, он служит искусству. Сам знаешь, где-то не доешь, где-то не доспишь, а культуру в массы нести надо, это святое. Тут не до тебя, ты же понимаешь.

Филипп посмотрел задумчиво на Клаву, как будто взвешивал для себя, что для него ужаснее: тюрьма или семейная жизнь с этой вот девахой. Чтобы он сдуру не выбрал тюрьму, подполковник Байстрюков подсказал вкрадчивым голосом:

– А тут тебе никакой тюремной самодеятельности, Филипп, а сплошная семейная жизнь со всеми её, бляха-муха, прелестями.

Пирожки с капустой, водочка по пятницам и совместный просмотр телепередачи «Поле чудес». Поди плохо?

Кажется, Филипп испугался нарисованной картины даже больше, чем тюрьмы, да теперь уж этого не узнать, потому что пребывавший в крайне расстроенных чувствах Миша Брусникин вдруг чему-то сильно удивился и молвил изумлённо:

– А Филипп-то ненастоящий!!!

И снова очень по-киношному получилось.

– Как – ненастоящий?! – поразился подполковник Байстрюков и посмотрел на Мишу Брусникина.

– Как – ненастоящий?! – поразился я и посмотрел на Илью Дёмина.

– Женька! – вскинулся Илья. – Так получилось, ты пойми!

Я захлебнулся воздухом и таращился на монитор, где был, как мне казалось, взаправдашний Киркоров.

– Ну, не сложилось с настоящим, Женька, – бубнил у моего уха Дёмин.