Украсть у президента

Ему моя сестра нравилась.

– Замуж звал? – засмеялся Корнышев.

– А что? Планы у него были наполеоновские, – без тени улыбки сообщил Никифор.

– А наполеоновские – это какие?

– Жениться на Катьке, бросить службу, заняться бизнесом …

– Тут нужен стартовый капитал, – осторожно подсказал Корнышев. – У него были деньги на выполнение этих наполеоновских планов?

– Ну, наверное, – не очень уверенно ответил Никифор.

– Он вообще производил впечатление зажиточного человека?

– Нет, я бы не сказал.

– А говоришь – вполне возможно, что у него деньги были, – уловил несоответствие Корнышев.

– Я действительно не знаю. Это вам у Катьки надо спросить.

– Она была в курсе всех дел Алтынова? – дружески улыбнулся Корнышев.

– Всё-таки любовь, – улыбнулся в ответ Никифор.

Корнышев поднял голову и посмотрел на гремящую чайными чашками Екатерину. Он теперь будто другими глазами её увидел. Девушка, близко знавшая Алтынова. Одного из двух человек, которые пока только и были в разработке у людей генерала Калюжного.

Вторым человеком, который был в разработке, являлся родной отец Кати Ведьмакиной. Только двое из большого количества людей, о которых не было известно ничего. Сколько их, как они выглядят, их фамилии – ничто не известно. А самая главная загадка – куда они все исчезли. Никаких следов.

– А ещё кто здесь бывал? – спросил Корнышев.

– Больше я никого не могу вспомнить.

Что они – сговорились, что ли?

Пришла к столу Алла Михайловна. Она улыбалась, но от внимания Корнышева не ускользнуло то, каким настороженным взглядом она окинула Корнышева и Никифора.

– Уже сколько лет мы здесь, – сказала Ведьмакина, – а чаёвничаем всё ещё по-московски. Вечером сядем в гостиной …

– И при Александре Никифоровиче так было заведено? – невинным голосом осведомился Корнышев.

– Да, – нахмурилась женщина.

– Вечерние чаепития – это ведь уже после работы. А работал он где? – спросил Корнышев, вцепившись взглядом в собеседницу. – Офиса ведь у него не было?

– Нет.

– Значит, дома он работал?

– Да, – хмурилась женщина, уже догадываясь, к чему в итоге придёт их разговор.

– И у него был свой отдельный кабинет?

– Да.

– Я бы хотел взглянуть, – сказал Корнышев с вежливой улыбкой, и ему положительно нельзя было отказать в его просьбе.

Дети смотрели на мать. Алла Михайловна колебалась. Уловивший это Корнышев поднялся из-за стола с самым решительным видом. Всё выглядело так, будто ничто не сможет его остановить.