Я – телохранитель. За пригоршню баксов

– Мужчины? Женщины?

– Мужики.

– Машина какая у них?

– Хорошая.

– Понимаю, что не «Запорожец». Марку можешь назвать? «Мерседес»? «Тойота»? Или ещё какая другая?

– Я не знаю. Но не наша.

– Не отечественная?

– Нет. Большая такая. Красивая.

– Цвет какой?

– Черный.

– Номер запомнил?

– Далеко она стояла. Не разглядел.

– Ладно. Они сами к тебе подошли?

– Ну! Я как раз землю там копал…

– На кладбище?

– На кладбище, ага. Памятники эти уже привезли, а ставить их нельзя, выравнивать всё надо, потом там ещё кустарник… Ну, они подошли, сначала памятники смотрели, а я работал, мое дело какое… Потом ко мне подошли.

«Ты местный?» – спрашивают. Ну, местный, допустим. Откуда же мне ещё взяться. У меня вон и родители тут похоронены. И дед с бабкой. И брательник мой. Я им и сказал: ясное дело, местный. А это, говорят, графьёв Тишковых могилы? А хрен их знает. Это я им ответил. Может, и не их это могилы вовсе. Мне что? Сказали тут памятники поставить, я и ставлю.

– А раньше другие были памятники, что ли?

– Раньше совсем их не было.

– Но могилы-то были?

– Были.

– Графские?

– Говорю же – хрен их знает. Старые там могилы. Почти что ровное место. Никаких тебе крестов.

– А откуда знаешь, что именно там надо было памятники ставить?

– Во! – оживился Степан. – И те двое о том же спрашивали. А я им: ну откуда же мне знать? Мне сказали: тут ставить. Я и ставлю, моё дело маленькое.

– А кто сказал-то?

– Барин, ясное дело.

– Какой барин?

– Ну вот, приезжает тут один – Игорь Александрович.

– Марецкий?

– Марецкий, да. Он меня нанял, велел памятники ставить. Они тяжелые, попробуй-ка их поворочать. Сам не сподобился…

– Давай про тех двоих, – перебил Костюков. – Что ещё они тебе говорили?

– Шибко они этими могилами интересовались… Ну, где графья похоронены. Что, мол, да как.

– Точнее!

– Ась?

– Чем интересовались?

– Говорю же – могилками. Кто тут похоронен, когда. Я им как на духу сказал, что ничего не знаю.

Могилкам, может быть, уже сто лет. Или больше. Откуда же мне знать, кто там похоронен? Они тогда с другого боку зашли. Кто, мол, помнит? Может, старики? Я им: пойдите, поспрашивайте.

– Ну, и как? Ходили они?

– Ходили. Мне потом наши рассказывали. Очень они о тех могилках любопытствовали. А им всё равно никто ничего не сказал. Нет, про то, что баре тут были Тишковы – это да, про это помнят. Имение их вон там, за лесочком было. И хоронили где-то тут, ясное дело.