Частный детектив Илья Муров

– Может, мне сбегать от соседа ментам звякнуть, а? – робко предложила дворничиха и, умоляюще заглядывая в грозные очи начальства, просительно добавила: – Заодно и переоденусь, а?

Муров бросил взгляд на часы и, изо всех сил, сдерживая рвущую губы улыбку (ибо только сейчас просек весь юмор ситуации), строго уведомил:

– Три минуты тебе времени, старая. На всё про всё. Отсчет пошел!..

Старая кинулась со всех ног вслед за отсчетом.

Милиция прибыла с такой оперативной поспешностью, что некоторые инвалиды труда и жертвы несчастных случаев на производстве, из числа живущих на противоположном краю городка, не успели даже толком осмотреть место происшествия.

Как того и опасался Илья Муров, органы дознания немедленно сочли потерпевшего классическим «подснежником» и, не затрудняясь доказательствами, принялись составлять протокол.

Илья Алексеевич стоял в сторонке, ни во что не вмешиваясь, терпеливо дожидаясь часа своего выхода, который, по его разумению, должен был наступить сразу после того, как протоколист дойдет в своих писаниях до главы «Свидетели»; и чтобы скрасить ожидание, предавался приличествующим случаю философским размышлениям о бренности человеческого существования, – вообще, но в особенности в нынешние времена, когда уже недостаточно стать трупом для того, чтобы к тебе отнеслись с почтением, уважением, заботой, словом, так, как при жизни и мечтать не осмеливался.

Нынче труп человека – просто падаль, подлежащая срочному удалению с глаз долой, в отличие от прочей дохлятины, скажем, раздавленных автомобилями голубей, чей вид взоров не оскорбляет, а следовательно, срочной уборке не подлежит. Одна только налоговая инспекция проявляет человеческие эмоции, всерьез скорбя о каждой довременной кончине законопослушного налогоплательщика…

– Кто обнаружил тело? – задал вопрос протоколист, не поднимая головы от творимого текста, и застыл в ожидании – с ручкой наперевес, с дежурной фразой наизготовку.

– Я! – бодро отозвался наш герой, и смело выступил вперед из общей массы ротозеев.

Четко, ясно и доходчиво сообщил он свои ФИО, адрес, род занятий (не основной, но официальный – пенсионер МВД). Затем, понизив громкость до конфиденциального полушепота, довел до сведения органов правопорядка, что во избежание ложных слухов среди непосвященного в тайны следствия населения, предпочел бы изложить свои правдивые показания в более официальной обстановке, например, в отделении милиции или в здании прокуратуры.