Гладиатор

Среди этого шествия двоих гладиаторов, идущих на смерть с гордо поднятой головой, на арену вошла, а по задумке представления вплыла декорированная галера рабов, сидящих на вёслах. На открытой платформе шевелились гирлянды цветов, светящихся шариков и ветвей лавра. Стройный гладиатор похожий на фракийца, шествующего сейчас впереди галеры, стоял на платформе в шлеме с двумя страусовыми чёрными перьями, со щитом в левой руке и мечом в правой. Его грудь защишал панцырь, плечи защищали наплечники, ноги наколенники.

В этом облачении он готов был убивать или быть убитым.

Между тем, галера с рабами и фракийцем на платформе как на подиуме, проплыла по арене и скрылась под трибунами цирка, оставив гладиаторов для действия.

Схватка оказалась скоротечной.

Ретиарий, рыжеволосый галл, раскрутил сеть над головой и громко произнёс:

– Я начал бой, фракиец! Будь внимателен. Я тебя атакую!

– Я готов встретить тебя, о мой галл!

Ретиарий бросил свою сеть, но секутор прыжком в сторону избежал быть пойманным и сердце замерло от возможного.

Неужели это могло произойти? – подумал секутор.

Может быть, я дико ошибаюсь, но у меня как у новосёла школы гладиаторов, складывается впечатление, что массовый патриотизм римлян относится в определённой степени к простодушию молодых людей самого Рима и варварских окраин. – подумал простодушно Гладиатор, глядя на ловчую сеть, не ловко брошенную галлом и лежащую в стороне на арене.

– Ты можешь бросить ещё раз свою ловчую сеть для птиц, например.

ты можешь сейчас наловить стаю кенареек. Более она ни на что не годна, поверь мне. галл.

– Ты ошибаешься, фракиец. Я не буду просить у тебя возможности заполучить сеть, что бы ещё раз попытать удачи поймать тебя в неё, как рыбак ловит рыбу. Ты ошибаешься. Я вижу, как тебя удручает не желание моё биться с тобой для утехи развращённых патрициев и патрицианок и беснующегося плебса. Я не предоставлю им такого удовольствия, поверь мне, а тебе желания убить меня на потеху им Вот смотри, я иду прямо на тебя и не боюсь смерти, а ты смотришь на меня удивлённо – почему я не бегу от тебя по арене.

Я не так жалок, как ты себе представляешь, фракиец. Ты, судя по всему, и был рабом там, у себя во Фракии. Я же галл, сын царя, а не раб, как ты, фракиец! Я не могу быть рабом. Не знаю, понятно ли тебе это.

– Мне понятно одно. – ответил фракиец. – Мы должны биться, пусть на потеху этим зрителям. Но должны. Это залог сохранения нашей жизни, хотя бы одному из нас.