Бешеная свора

– По надзору!

– А кто тебе поверит? Мы тебя сейчас в камеру к беспредельщикам отправим, они там тебя и прессанут. А будешь умничать, еще и опустят… И никакая братва за тебя не подпишется!

– Какая братва?! – похолодел Трофим. – О чем вы?

– Ты что, ничего не понимаешь? Мы же на тебя не просто так вышли. Мы через Антона Даниловича тебя отработали. Ты «шестерка», ты его не знаешь. Тебе сказали – ты сделал. А сказал тебе Юра Салтанов по кличке Салтан…

– Никто мне ничего не говорил! – мотнул головой Трофим.

– Я тебе говорю. Рассказываю, как все было. – Оперативник смотрел на него пристально, тяжело и гнетуще. – Виктор Чаянов оскорбил Антона Даниловича Шалькова, тот пожаловался своему очень хорошему знакомому Вадиму Геннадьевичу Нестерову по кличке Нестор, а тот озадачил Юру Салтанова, который пустил в ход «шестерку» Трофима Трофимова. Надеюсь, я доходчиво все объяснил?

– Объяснили. Но я ничего не понял.

– И в «Лейб-Страже» тебя никто не видел?

– Не знаю, о чем разговор.

Опер в очередной раз глянул на своего коллегу, и Трофима снова скрутило, на этот раз от боли в левой почке.

– Все ты знаешь, парень, – ухмыльнулся опер. – И мой тебе совет, не буди во мне зверя. Это нетрудно, гораздо трудней загнать его обратно… Ну, так что, рассказывать будешь?

– Кому?

– Мне.

– Кому – мне? Кто вы вообще такой?

– Капитан полиции Васютин, старший оперуполномоченный уголовного розыска. Доволен?

– Доволен?! Вы смеетесь?.. Взяли меня непонятно за что.

– Умный? Знаешь, сколько я таких умников по этапу отправил? И ты пойдешь. За хулиганство, за нанесение тяжких телесных повреждений. На пять лет закроем, будешь знать, как на бандитов работать.

– Я не работал на бандитов.

– И Чаянова не бил?

– Нет.

– Так и запишем. А потом опознание проведем. Чаянов тебя опознает, и судья учтет твой отказ помогать следствию. Получишь все пять лет.

– А если признаюсь?

– Четыре года получишь. Все равно много. Всю жизнь себе сломаешь… Давай договоримся, ты сейчас признаешься в том, что избил Чаянова по приказу Салтана, и мы тебя отпустим… – Васютин смягчил тон.

И взгляд его потеплел. – Я понимаю, Салтан тебя обрабатывал, угрожал, говорил, что нельзя своих сдавать. Ну, какой ты для них свой? Подобрали тебя с улицы, впутали в грязную историю… И это еще только начало. Сейчас ты кости ломаешь, а потом тебя убивать заставят…

От волнения у Трофима запершило в горле. А ведь Васютин прав.