Бешеная свора

Ну так что, кто тебя на Чаянова натравил? – спросил капитан.

– Никто. Я сам.

Надо было признаваться, но Трофим не мог этого сделать. Не тот у него характер, чтобы кого-то сдавать. С детства стукачей терпеть не мог, а в армии бил таких…

– Думай, Трофимов, думай! – угрожающе сощурился Васютин. – У тебя еще есть время.

– Я сам по себе на Чаянова наехал. И Антона Даниловича не знаю. Что на ум пришло, то и сказал…

– Может, все-таки не сам по себе?

– Сам по себе.

– Ну, смотри.

Васютин подал знак своему напарнику, и тот натянул на Трофима противогаз, пережав трубку.

Какое-то время Трофим терпел, потом без воздуха ему стало невмоготу. Он задергался, пытаясь вырваться, но менты держали его крепко. Трубка пережата, воздуха нет, глаза лезут из орбит, сознание раненой птицей мечется в клетке черепной коробки – еще чуть-чуть, и оно пробьет брешь и вместе с душой вырвется на свободу. Тогда все…

Трофим уже терял сознание, когда с него сняли противогаз.

Наконец он пришел в себя, и Васютин опять спросил про Салтана. Но Трофим уже закусил удила. И снова его лицо стянула проклятая шлем-маска.

На этот раз он сделал вид, что потерял сознание, расслабился, обмяк, и менты тут же сняли с него противогаз. Так хотелось хватануть ртом воздух, но Трофим продолжал притворяться. И только когда в нос ударил запах нашатыря, он стал пожирать воздух…

– Говорить будем? – зло спросил капитан.

– Нет! – Трофим с ненавистью смотрел на него.

Может, он и сдал бы Салтана, если бы его допрашивал кто-то другой. А Васютин – его личный враг, и разговора с ним не будет. Пусть его убивают, все равно…

– Ты, наверное, не понимаешь, какая статья тебе грозит? Что ж, сейчас узнаешь!

Напарник Васютина взял со стола тяжелый талмуд Уголовно-процессуального кодекса, снова стал за спину, размахнулся… Знакомство с уголовными статьями чуть не выбило из Трофима дух, настолько сильным был удар.

Но все-таки он выдержал и этот удар, и другой.

– Ты что, идиот? – взбесился капитан. – Да твоего Салтана по-любому закроют! Все, спета его песенка! И его не будет, и Нестора! Ни за грош ведь пропадешь!

– Пропаду, – кивнул Трофим, с ненавистью глядя на него.

– Идиот! У тебя вся жизнь впереди! Хочешь в охране работать, работай! Есть нормальные фирмы, где никакого криминала.