Босс в законе

Дурашливая молодецкая улыбка, бравурные глупые шутки, расхлестанный вид. С таким вот оперативным дежурным и должен был иметь дело подполковник Малахов.

Но если Артем запросто мог поставить на место зарвавшегося майора, то заявительница не была способна это сделать.

– Да не расстраивайтесь вы, Ксения Александровна. Никуда ваш муж не денется, проспится и вернется, – заявил Яхонтов.

Он высоко держал руку, будто собирался обнять за плечи немолодую полноватую женщину в светлой вязаной шапочке с блестками, но не делал этого, понимал, что будет уже чересчур.

– Алексей на работе не пьет, – сказала она.

– Вот и я говорю, что женщина здесь совершенно ни при чем. Зачем же нам тогда писать заявление?

– Какая женщина? Леша звонил, звал на помощь!

– Что именно он говорил?

– Я слов не разобрала. Он хрипел так, как будто его душили!

– Я сегодня тоже под женой хрипел аж два раза и, заметьте, на помощь никого не звал.

Малахов наблюдал за Яхонтовым, не привлекая к себе внимания, но тут его терпение лопнуло.

– Товарищ майор! – одернул он дежурного.

Яхонтов резко подался назад, развернулся лицом к Малахову и дурашливо щелкнул каблуками. Точно клоун!

Артем окинул его пренебрежительным взглядом. Такого недоумка даже воспитывать противно, но придется. На личном примере. Нужно будет разобраться с женщиной, найти ее мужа и этим показать подчиненным, как работают нормальные полицейские.

– Прошу вас, Ксения Александровна! – Малахов взял женщину за локоть и повел в сторону лестницы.

Он пригласил ее к себе в кабинет, в ответ она благодарно кивнула.

Артем уже повернулся к Яхонтову спиной. Он не мог видеть его, но знал фиглярскую сущность этого фрукта, почувствовал неладное и резко обернулся. Яхонтов мигом перестал корчить рожи, вытянулся в струнку. Дурак дураком!

Боксерская груша не даст сдачи, но плоха не только этим. Она представляет собой мертвую плоть, в ней нет жизни, которую нужно отнять.

– Кто сказал, что нам нужен хозяин? – спросил Шестаков своих бойцов.

Они стояли перед ним в одну шеренгу, чертова дюжина чертовых душ. Лучшие из лучших, один к одному, его элита и надежда. Любого порвут за своего босса. Делать это они начнут прямо сейчас, жертва уже в мешке, подвешенном к потолку, мычит и трепыхается, распаляет жажду крови.

– Мы сами себе хозяева! – вещал Шестаков.