Брат, вспомни все!

 – Отдыхай!

– Вот спасибо! – Того аж затрясло от радости.

Он схватил купюру, засунул ее в карман. И посмотрел на Брата.

– Ты это, братан, если будет время, заходи. Где найти меня, знаешь… Всегда буду рад!

– Особенно, если не с пустыми руками, – добавила с усмешкой Лелька.

Но Славик ее не слышал. Он уже включил форсаж и на полном ходу уходил в одном только ему известном направлении.

– Вот так, стольник в кармане, – глядя ему вслед, с изрядной долей цинизма сказала Лелька. – И все – в кусты друзей, в кусты подруг, я сам себе кустатый друг…

– Зачем ты так, – покачал головой Брат.

 – Не надо о нем там плохо. Он как-никак выходил меня.

– На улице подобрал и к себе взял?

– Да…

– Надо было ему в больницу тебя везти. А он тебя к себе на помойку потащил. А если бы ты ласты склеил?

– А ведь мог бы…

– То-то и оно… А в больнице бы, может, и узнали, кто ты такой.

– Может быть… Ничего, я это сам узнаю… Ну что, пошли?

– Поехали, – уточнила Лелька.

И показала рукой на красную «девятку».

Не первой молодости, но смотрится очень даже ничего.

– Моя тачка, – гордо сообщила она. – Нравится?

– Ага. Плод трудов праведных?

– Скорее неправедных. Но, извини, чем могу, тем на жизнь и зарабатываю.

– Не надоело?

– А вот мораль мне читать не надо! – отрезала Лелька. И уже более мягко: – В обязанности телохранителя это не входит.

– А что входит?

– Тело мое хранить. И лелеять.

Они подошли к машине. И тут возле них резко затормозил новенький джип.

Из него вышли два крепких парня в дорогих кожаных куртках. И вслед за ними выбрался коренастый крепыш с багровой лысиной. Тоже в коже. Уже в годах дядя. Деловой до невозможности, крутой до тошноты.

– А-а, Лелечка, ты! – не очень убедительно изобразил он радость на своем лице.

– Пал Сергеич!..

Лелька тоже попыталась показать, что рада встрече. Но она скорее испугалась. Даже побледнела.

– Ну как наши успехи на сексуальном фронте? – с похабной улыбкой спросил коренастый.

На Брата он не обращал никакого внимания. Будто того рядом не было.

– Да ничего, жить можно.

– Ну-ну… А как насчет моего предложения? Ты подумала?

– Да… – затравленно выдавила из себя Лелька.

– Ну и что?

– Может, не надо? Боюсь я.

– Одна вот боялась. А только платьице помялось. Не бойся, ничего с тобой не будет.

– Но три сотни мужиков – это слишком…

Брат никак не мог понять, о чем разговор. Но слушал внимательно.

– Зато рекорд.