Центровая

Самоед с открытым ртом смотрел на Медяка, который мешком лежал на полу без признаков жизни. Затем он с затаенным восторгом глянул на меня. Марго же просто не сводила с меня восхищенного взора.

– Ну, ты в натуре!.. – выдавил из себя Самоед.

Амбал из этой команды склонился над Медяком и стал приводить его в чувство.

– Жить буду? – спросил я.

– Если со мной управишься! – Самоед вдруг скинул куртку, пружинисто перенес вес с одной ноги на другую.

Он разминался перед боем. Ему было все равно, принял я вызов или нет.

Самоед как будто уже считал, что участь моя решена. Позавчера я видел, с какой легкостью он порвал Медяка. Хотя вряд ли этот парень рассчитывал на легкую прогулку. Взгляд у него жесткий, сосредоточенный. Он готовился к серьезной драке. Что ж, тогда и мне придется биться не на жизнь, а на смерть.

Медяка я взял на контратаке. Возможно, именно на такую тактику с моей стороны рассчитывал и Самоед. Поэтому я атаковал первым.

Плох тот боец, который не умеет защищаться. Для спортивного спарринга, может, так оно и есть, но в реальном бою не выстоит тот, кто не готов побеждать.

Здесь совсем не важно, сколько раз тебя съездят по физиономии. В такой схватке главное – уйти от нокаута и нанести решающий удар. Пропущенные тычки и оплеухи не в счет. Надо крепко держаться на ногах и бить, бить!..

Я работал неистово, иногда пропускал встречные удары, но гораздо чаще взламывал оборону противника. Самоед явно не ожидал от меня такого натиска. Он дрогнул, попятился назад и тут же пропустил размашистый удар сверху вниз.

Мой кулак с дикой силой врезался ему в переносицу. Самоед просел в коленях. Он терял сознание, но при этом пытался сохранить равновесие. Кто-то из качков поймал его, схватив под мышки.

В полную отключку Самоед так и не ушел, но в себя приходил тяжело и долго. Медяк очухался скорее. Он смотрел на меня растерянно и подавленно. Я не смог разглядеть в нем никакого желания взять реванш.

– Ты откуда такой взялся? – спросила Марго.

– К бабушке приехал.

– Ну, приехал и приехал! К нам чего лезешь?

– Я лезу?.

.

Марго прикусила язык, вспомнив, кто начал первым.

– Можешь идти, – махнув рукой на выход, сказал Самоед.

Взгляд у него был затуманенный, язык заплетался. Ему бы сейчас на свежий воздух. Но я не собирался давать советы, кивнул и повернулся к нему спиной.

– Бабуле скажи, чтобы нас не доставала, – осторожно проговорил мне вслед Медяк.

Я сделал вид, что не услышал его.

Марго бы я услышал, но она молчала.