Где правда, брат?

– Я тебя, тварь, сейчас урою! – в бешенстве заорал Захарский и снова замахнулся, но Степа схватил его за руку и произнес:

– Зачем?

– Слушай, ты кто такой? – взбесился Роман. – Я тебя, кажется, послал! Ну так иди!

– Он тебя тоже послал? – спросил Феликс, с едкой насмешкой глядя на Степу. – И ты ему не ответил. Машешься ты неслабо, пацан. Но за кого ты машешься? За правду надо махаться! А ты всяким жлобам помогаешь. Ты что, не видишь, это же жлоб, хозяин жизни. Мы для него пыль под ногами!

– Эй, ты его не слушай! – спохватился Роман.

 – Он сейчас тебе наговорит! Он с меня три миллиона скачать хочет.

– Да, я это понял, – кивнул Степа.

На Феликса он смотрел с большим сомнением, но ведь и Романа он тоже не жаловал. А машется он здорово, с этим не поспоришь. Быстрые у него удары, мощные и точные. Чувствуется серьезная подготовка, и совсем нет желания прочувствовать ее на себе.

– Слушай, пацан, ты зря этому жлобу помогаешь. Он ведь бандит, знаешь, сколько людей он «замочил»? – не унимался Феликс, и Роман, не удержавшись, ударил его кулаком в челюсть.

Тот даже не покривился от боли, только снова усмехнулся: – Зря ты так. Мы бы могли договориться, но теперь ты покойник.

– Варя, ты слышала? Степа, ты слышал? – истерично взвыл Захарский. – Он мне угрожает! Вы слышали, я покойник! Да я тебя сам сейчас урою!

Степа все слышал, но добить Феликса все-таки не позволил.

– Если он тебе угрожает, вызывай ментов, – сказал он.

– Какие менты?! – заорал на него Роман. – Я их тут сам всех!

– Значит, ты реально бандит, – осуждающе и строго посмотрел на него парень.

 – А я бандитов не люблю.

– Ментов надо вызвать?! Феликс, ты слышал, у меня нет выбора! Так что извиняй!

Действительно, это выход. Феликс незаконно вломился в чужое жилище, наехал на Романа, вымогал у него деньги. Варя все видела и слышала, она подтвердит. Тем более Феликс в розыске…

Рома вынул из кармана телефон, нашел номер оперативника из МУРа, но тут Феликс подал голос:

– Я ментов не боюсь, но время на них терять не хочу.

Мы можем договориться.

Он должен был осознавать свое поражение, но на Романа смотрел как победитель и договор предлагал ему как в высшей степени одолжение. Но это всего лишь хорошая мина при плохой игре.

– Договориться?!

– Ты мне ничего не должен, – продолжал снисходительно усмехаться Феликс. Как будто он не подписывал капитуляцию, а принимал ее.

– Я тебе и так ничего не должен!

– Ну, не должен и не должен.