Каторжанин

– А здесь ты чем занимался?

– Ну, тем и занимался…

Завод цветных металлов в долине реки Барсан построили в семидесятых годах, завезли рабочих, поставили поселок городского типа. И пошло-поехало. Только вот золото и серебро уходило в двух направлениях: большим потоком – в казну, и тоненькими ручейками растекалось по карманам особо умных. А где золото, там и мафия.

Воровской авторитет по кличке «Бремен» взял разрозненные процессы под свой контроль, обложил «несунов» данью, поставил прибыль на поток.

Бригада у него своя была – полтора-два десятка бойцов. Он ведь не только работяг в узде должен был держать, но и от конкурентов отбиваться. Но, видно, не трогали его залетные, поэтому он и потерял нюх. Надо было кабак под охрану брать, а он прозевал «мясников». Половину из его бойцов банально вырубили топорами, а остальные разбежались. Теперь «мясники» будут снимать сливки с золотых и серебряных ручейков. Если, конечно, менты не повяжут их за тот беспредел, который они учинили…

Утро уже, наверняка ментов из Красносибирска понаехало, как бы облавы не начались.

Хорошо, дом у Оксаны на окраине стоит. Но все-таки лучше уйти, не дожидаясь большого «шухера».

– Может, в Красносибирске тем же займешься? – спросил Матвей.

– Чем, тем же?

– Ну, с кооператоров снимать. Знаешь, что такое рэкет?

– Спрашиваешь!

– В Москве сейчас братва в полный рост гуляет.

– Ну, так то ж в Москве, – пожал плечами Яша.

– А в Красносибирске кооператоров нет?

– Да полно… Город большой… Там и своих рэкетиров хватает…

– Сам кооператором станешь?

– Ну, можно цех открыть, кроссовки шить.

А че, товар ходовой!

– Тогда на тебя самого рэкет наедет. И ты ничего поделать не сможешь. Потому что братва, которая на тебя наедет, стоять будет на своей земле… Понимаешь, о чем я? У каждого зверя своя территория, ушел с нее – сожрут… Нельзя тебе уходить из Барсана, здесь твоя земля… И стволы у тебя есть… А «мясники» – они чужие. Им здесь не место. Их поганой метлой отсюда надо…

– Да это понятно, – вздохнул Яша.

Он хотел отвести взгляд в сторону, но Матвей взял его за подбородок и заставил смотреть себе в глаза.

– Ты боишься?

– Ну, не то чтобы… – Яша взял его за руку, убрал ее от своего лица, но глаз не отвел.

– Тебе страшно. Но это пройдет. Если ты не фуфло.

– Не фуфло я! – встрепенулся парень.

– Дело не в том, страшно нам или нет, – покачал головой Емеля. – У нас тут на Бремене все держалось.