Королева шансона

Этот «чмошник» рассказал Мише все, что знал, а предателей обычно выводят в расход, он это и сделал…

– А мне кажется, знаешь!

– Когда кажется, вешаться надо. Я тебе веревку подгоню!

– Ты кого представляешь? – Похоже, Леня понял, что пытать его насчет Губана бесполезно.

– Самого себя.

– И что тебе нужно? Только не клей мне тут про Аллу, – скривился Сугроб.

– А чего так?

– Да левая она! Для тебя левая… Класть ты на нее хотел. Тебе я нужен! Вот я и спрашиваю, что тебе надо?

Не было у Сугроба второго кольца наблюдения, никто не спешил ему на помощь.

Только четыре бойца с ним. Видно, что ребята отборные, к тому же стволы у них в руках, а не в кобурах, но все-таки Лене этого казалось мало, отсюда и нервы ни к черту.

Зато Мишины бойцы вплотную подступили к кафе. Стволов у них не было, но так портофлотские стрелять будут лишь в крайнем случае. По крайней мере, Миша на это надеялся.

Не хватало Сугробу сил, чтобы решить проблему на месте. Именно такой расклад и устраивал Мишу. Он должен был разозлить портофлотского авторитета, вывести его из себя, чтобы Сугроб полез на рожон, забыв об осторожности.

– Алла не левая. Я в Краснодаре с ней познакомился. Подъехал к ней, а она в слезах…

– Ну-ну, – недоверчиво усмехнулся Сугроб.

– «Ну-ну» в аду будет, когда черти тебя запрягут. Я тебе за Аллу пасть порву, по самые помидоры!

– Ты это, поосторожней на поворотах! – набычился Леня.

– Да нет, братан, это тебя на поворотах заносит. Не справился ты с управлением, занесло тебя.

И я не знаю, вырулишь обратно или нет.

– Чего ты хочешь?

– Кровь за кровь. Но тебя не трахнут, тебя убьют. Думаю, это будет справедливо. А может, сначала трахнуть тебя? – с издевкой спросил Миша. – По беспределу!

– Смотри, как бы тебя самого не натянули! – вскипел Сугроб.

– Это все слова! А меня интересуют реальные дела! Например, ты можешь ответить деньгами.

– Сколько?

– Пятьдесят тысяч долларов.

Для Сугроба это была плевая сумма, но вряд ли он расстанется с ней так просто, тем более после того, что наговорил ему Миша.

И еще эта сумма могла свидетельствовать о том, что Миша ничего не знал о нефтеналивном терминале, с которого портофлотским накапывали миллионы. А это значит, что Миша ничего собой не представляет. Только понты, и больше ничего. А раз так, то и нечего с ним церемониться.

– Хорошо, я согласен.

Судя по тому, как сверкнул его взгляд, Сугроб задумал какую-то пакость. Но так именно на это и надеялся Миша.