Не верю в доброту братвы

– Не знаю… – пожал плечами Глеб.

Можно было во двор выйти, свежим воздухом подышать, за домом есть беседка, с улицы ее не видно. Прохлада и мелкий дождик не помеха… Но скучно там будет. Вот если бы Нина к нему вышла…

Похоже, пропал он. Увидел Нину и пропал. Ни одна женщина его никогда так не волновала, хотя голову он от любви терял не раз. Но, наверное, то была ненастоящая любовь…

– Ты где спать будешь? – спросила Нила.

– С кем? – шутливо усмехнулся он.

– Ну, можно с Женей, – замялась она.

– Я с мужчинами не сплю.

– Э-э, я не в том смысле, – еще больше смутилась Нила.

– И я не в том… Мне бы в гордом одиночестве.

– Ну, тогда тебе в кладовку…

– Я и с крысами не сплю, – засмеялся Глеб.

– Да ну тебя! – развеселилась и Нила.

Она вывела его на веранду, открыла дверь в маленькую заваленную всяким хламом комнату. Ящики какие-то, баулы, стопки старых газет и книг, гитара без грифа, самовар без краника, пластмассовая лошадь без головы… Но, главное, здесь была кровать, правда, Глеб не сразу ее заметил.

– М-да. Не «Астория», скажем прямо.

– Мы думали, ты будешь спать в комнате с отцом и Женей. Там просторно, и раскладушка есть.

– Там раскладушка, а здесь кровать. Здесь круче… Куда этот хлам убрать можно?

– На чердак. – Нила подняла голову и взглядом показала на ржавый люк над головой.

– А лестница?

– Лестница во дворе… Если хочешь, я тебе помогу.

Глеб покачал головой. Нет, он уж как-нибудь сам.

Сходив за лестницей, он открыл люк и принялся за работу. А когда освободил комнату, появилась Нила. Ведро принесла, тряпку и молча стала протирать окно.

Вдвоем они быстро закончили начатое. Нила принесла матрас, сама застелила его. Глеб тем временем занялся печью.

Дом отапливался газом, поэтому дровяного сарая во дворе не было. Но на чердаке он обнаружил какие-то доски, а топор и ножовку взял у Стрижа-старшего. И еще Женя пришел ему на помощь.

Но только он разжился дровами, как его позвали к столу.

Глава 4

Жаркое с курицей и картофелем, капустный салат с горошком, соленые огурчики, сало, сырная нарезка… Не так уж и плохо для осадного положения.

– Здесь у нас, конечно, не царские хоромы, и столы от яств не ломятся, но жить можно, – бодро сказал Юрий Владимирович, доставая из холодильника бутылку водки.

– Если не помешают, – вздохнула Анжела Борисовна.