Отпусти браткам грехи

И не для того он сюда пришел, чтобы ночные гонки устраивать. Крыло надо доделать, тем более что немного осталось…

Старые, с оторванными креплениями часы «Слава», приклеенные к стене суперцементом, показывали половину второго, когда крыло наконец встало на место. К этому времени хмель из головы почти выветрился, но Гарику хотелось спать, и он позволил себе лишь завести машину, чтобы послушать, как она работает. Впрочем, он тут же заглушил мотор, поскольку его самого смутил высокий уровень шума. Ночь, люди спят, а завтра рабочий день – у всех, и у него, кстати, тоже.

Сейчас у него выпускные экзамены, к которым он совершенно не готовился: в любом случае «уд.» гарантирован. Закончит училище, в июле отметит совершеннолетие, после чего, возможно, получит грузовик в свое пользование. Шоферить будет, пока по «малому кругу», а со временем на дальнобой выйдет. Обучение у него было серьезное – в правах открыты все категории от «А» до «Е»…

Он уже собирался идти домой, когда к нему в гараж нежданно-негаданно пожаловала гостья.

Он оторопел, глянув на представшую перед ним женщину.

Не молодая уже дама, явно за тридцать, но как ухожена, как одета. Роскошный парик с кудряшками светло-серых волос по самые плечи, красивое широкое лицо, крупные густо намалеванные глаза с надломленными верхними веками, большой рот, жирно накрашенные губы. Грудастая, широкобедрая, животик аккуратный, без жировых наслоений. Красное, средней длины платье на одной бретельке, белая сумочка и туфли того же цвета на высоком каблуке.

Знакомый запах «Красной Москвы», который раздражал, когда им душилась Настя, – сейчас же он казался верхом совершенства, хотя и был смешан с коньячным амбре.

– Привет! – опершись рукой о верстак, шаловливо хихикнула она.

Гарик догадался, что женщина пьяна. Это придало ему смелости.

– Здравствуйте, – кивнул он.

– Здравствуйте? – дурашливо возмутилась она. – Разве я такая старая, что ты со мной на «вы»?

– Нет, просто где-то я вас видел…

Лицо действительно знакомое.

– Не узнаешь?

– Может, в «Огоньке».

– В «Работнице», – хмыкнула она.

– Что, правда в «Работнице»?

– Ага, сейчас… Соседи мы. Инга меня зовут. Из первого дома я.

– А я из третьего…

– Знаю. Мне Маринка все уши про тебя прожужжала… Ничего, если я присяду? – Она взглядом показала на штурманское сиденье.

Гарик думал не долго. Казалось бы, женщина в его багги – к несчастью: сегодня он в том убедился.