Ночная бабочка. Кто же виноват?

Сердце екнуло в груди… Это из прокуратуры. Ну вот и все…

– Да, я. Слушаю… – обреченно пробормотал я.

– Эй, ты что, из толчка только что вылез? – Пашкиным голосом рассмеялась трубка.

– Тьфу ты!

Это был мой армейский друг Пашка… Соскучился, что ли? Этот вопрос я задал сначала себе – мысленно. Затем ему – вслух.

– Да нужен ты мне больно! – бодро сказал он. Но тут же заметно сник. – Это, Урусов просил позвонить…

– Что такое?

– Ну, тут такое дело, – замялся Пашка. – Не телефонный разговор…

– Тогда пишите письма.

По секретной почте…

– Шутишь? Хорошо, что шутишь. Значит, настроение хорошее… Сейчас я его тебе испорчу. Короче, нас тут на Кавказ перебрасывают. Урусов без тебя как без рук. Просил, чтобы ты как можно скорей возвращался. Очень нужно…

– Куда на Кавказ? – взбудораженно спросил я.

– Ну, пока вроде бы во Владик. Ну, во Владикавказ… Короче, приезжай, сам узнаешь…

Судя по всему, узнать мне предстояло немало. Хотя о многом я догадывался уже сейчас. От Владикавказа до границы с Чечено-Ингушетией рукой подать.

А там сейчас жарко. Телевидение не очень распространялось, но все же ясно было, что там идет война. Отряды Автурханова и Гантамирова уже два раза безуспешно штурмовали Грозный. Чеченцы воевали с чеченцами, но, судя по всему, войскам оппозиции помогала Россия, пока только оружием. А если принято решение помочь Временному совету войсками? Было же такое с Афганистаном. Сколько лет там кровавая каша варилась. Из Чечни тоже могут такой же адов котел сделать. Дурное дело нехитрое…

– Это приказ? – спросил я.

– Ну, в общем, да… Хотя, конечно, можно подождать, пока ты из отпуска вернешься…

– А телеграммой меня отозвать обратно нельзя?

– Да Урусов думал телеграммой, но решил, что лучше меня на переговорный отпустить. А что?

– Организуй телеграмму, брат. Очень прошу…

– Что, без нее никак?

– Я уже собираюсь. Честное слово, выеду первой же лошадью. А телеграмма очень нужна. Потом объясню… Только обязательно…

Пашка заверил меня, что сделает все, как я прошу.

Сказал, что костьми ляжет, но сделает… А вот костьми ложиться не надо, подумал я в тот момент. Может, нам война впереди светит, а он так говорит. В Афгане сколько костей русских легло, что, если в Чечне-то же самое будет…

Но страха у меня не было. Скорее наоборот. Стыдно в этом признаваться, но я хотел, чтобы там, в Чечне, разыгралась настоящая буря. И вовсе не потому, что я хотел стать героем. Вовсе не потому, что мне хотелось убивать.