Сто процентов на троих

Она в Москве уже шесть лет, кровь ее успела остыть, но все равно могла вспыхнуть. И сжечь мужа напалмом.

– Да ходят тут всякие, – буркнул Миша.

Ощущение у него было такое, как будто он избежал драки с опасным противником. Можно было облегченно вздохнуть, но мандраж и чувство неловкости сдавливали грудь. Не выдержал он поединок характеров: размяк, дал слабину, и девчонки это почувствовали – особенно Люба.

– И ходят, и спрашивают, – кивнула Рита, грудью прижимаясь к нему.

Бюст у нее пышный и все еще упругий; у Любы-то на два размера меньше.

Но ведь и жена ему нравилась! Внешне она похожа на младшую сестру, но черты лица мягче, женственней. Кожа у Риты не такая гладкая и приятная на ощупь, как у Любы, но сама она нежнее, чем сестра. Огня в ней не хватало, страсти мало, зато и на приключения не тянуло, а вот Люба могла сорваться и что-нибудь отчебучить.

– Что спросил? Почему одни и без охраны? – предположил он.

– Так и спросил, – улыбнулась Рита.

– Да нет, – пренебрежительно фыркнул Миша.

С помощью таких примитивных подкатов сейчас даже дети не знакомятся.

– Так и спросил, – подтвердила Люба, глядя куда-то мимо него. – Но дело не в том…

Она зависла, не договорив, взгляд остановился.

– А в чем?

Люба качнула головой, отказываясь отвечать на его вопрос.

– Пойду я, – сказала она.

И зашла в здание вслед за своим красавчиком. Миша не удержался, скользнул взглядом по ее попке в тугой джинсовой упаковке.

– Что это с ней?

– Ну не в тебя же влюбляться, – усмехнулась Рита. И немного подумав, спросила:

– Или в тебя?

– Ну, если только по-братски, – нашелся Миша.

– По-братски, – кивнула она, внимательно глядя на него. – А то как же?

Он тоже вернулся в зал ожидания, но Любы там не было. Возможно, подалась в рабочую зону – вслед за своим увлечением. Миша бухнулся в кресло перед телевизором. Не идти же искать Любу, в самом деле? Рита и без того уже подозревает неладное.

Люба вернулась сама, задумчивая, невеселая. Не вышло у нее со знакомством, не повелся московский красавчик на провинциалку.

– Ну что? – не без доли злорадства спросил Миша.

– Ничего… – косо глянула на него девушка. – И возле твоей машины ничего. И никого.

– Как это никого?

– Да так. Никому не нужна твоя машина… – Люба с обидой смотрела на него.

И сам Миша никому не нужен, мысленно продолжала она.