Здравствуй, Мурка, и прощай!

 – Кнопка красная. Может, нажал втихаря?

– Запросто! – подхватила Марина. – У барыг свой круг. Они уже в курсе, что мы их как лохов доим. На измену они сели. На стреме все. Да и менты теперь за нас всерьез возьмутся. Засада, короче. Хату менять будем. А еще лучше на юга задвинуться, на дно залечь на время.

– А чо, бабла у нас много! – растянулся в улыбке Анисим. – Оттянемся на югах, а опосля снова будем стричь.

* * *

Октябрь. В Москве промозглая осень – дожди, холодно. А в Сочи – красота. Тепло, солнце, море еще не остыло.

Пальмы, чайки, все дела. Короче говоря, бархатный сезон в самом разгаре.

Марина сняла целый дом в частном секторе. Сама договорилась с хозяином, расплатилась с ним. И когда он отчалил, дала отмашку парням. «Заходите, гости дорогие. Чувствуйте себя как дома. Но не забывайте, кто в этом доме хозяин…» Она была хозяйкой. И никто уже не пытался оспаривать ее право на главенство.

Дом большой – шесть комнат. Аккуратный дворик с беседкой из винограда, еще пока что зеленый сад.

Тишина, умиротворение. Недалеко плещется море. Рай земной. Марине здесь очень нравилось, но при этом она твердо знала, что спокойная жизнь ей скоро надоест. Неугомонная натура, авантюрная душа.

Впрочем, и на отдыхе жизнь била ключом. Море, рестораны, девочки для мальчиков… Анисим, Кнут и Баур таскали в дом баб. Марина не возражала. Не обиделась бы она, если бы и Капрон разгулялся на всю катушку. Но тот с новой силой приударил за ней самой. Охапками дарил ей цветы, в ресторанах заказывал песни для нее.

Марина в какой-то степени отвечала ему взаимностью. Курортная атмосфера действовала расслабляюще. Оттого и появилась в душе смутная уверенность, что близость с мужчиной доставит ей удовольствие. Но под Капрона так и не легла. Не хотела быть его марухой.

В конце концов Капрон махнул рукой. Вместе с Анисимом отправился на охоту за бабами. Но вместе с ними приволок в дом какого-то мазурика. Сам пьяный в дымину. И кореш ужратый.

– Это братан мой! – объявил он.

 – В одной хате на зоне мотали. Да, Котяра?

– Котяра?! – удивленно повела бровью Марина. – Это что, погремуха такая?

– Угу, – кивнул мазурик.

Он смотрел на нее, как кот на сметану. Глаза масленые, губы мокрые.

– Я Котяра, а ты моя кошечка. Мурр…

– МУР в Москве остался, – съязвила Марина.

– МУР в Москве, – кивнул Котяра. – А я здесь. И весь ваш без остатка, мадам…

– Бери, не пожалеешь! – хихикнула лахудра, которую только что притащили в дом.