Жестокая красотка

А в бизнесе правила соблюдать сложно… Не должен был Вагнер брать контракт с городской администрацией на благоустройство Советского проспекта, потому как это территория Прохора, но нет, влез в это дело с головой. А под это дело деньги выделили очень серьезные… И если бы это был первый «косяк» с его стороны.

– Он может не уступить, – сказала Инна.

– Если не нажму, не уступит.

– Сильно не дави. Но дай понять, что в следующий раз спуску не будет.

– В следующий раз?

– Не отдаст он тебе этот проект.

Вагнер в это дело уже столько всего вложил… Мы больше потеряем, чем найдем, так что сильно не дави, это лишнее. Но на будущее дай понять. Еще раз перейдет границу, пусть пеняет на себя.

Прохор кивнул, соглашаясь с ней. Вагнера иногда заносит, но в целом он, как ни крути, мужик покладистый, так что палку лучше не перегибать, иначе как бы в разговоре с ним не рвануло… Хотя Прохор давно привык к мысли, что может умереть в любой момент…

Глава 2

Весна в этом году наступила рано, солнце в марте жарило уже вовсю, народ на маевку ездил толпами.

Зато в мае в самую пору было праздновать Восьмое марта или даже Двадцать третье февраля.

– Лето в этом году обещает быть малоснежным, – сказал, поеживаясь, Вагнер.

Конец мая, а столбик термометра дрожит от холода под отметкой где-то ниже десяти градусов. А утром крупа с неба просыпалась. Но Вагнер намекал не столько на погоду, сколько на их с Прохором отношения. Если не зима в них, то как минимум поздняя осень.

– Главное, чтобы было.

– Да будет… И солнце будет.

– И на Советском проспекте народ гулять будет.

– Ко Дню города управлюсь, – не моргнув глазом, кивнул Вагнер.

– А если вдруг ночью плитку снимут?

– Ты этого не сделаешь.

– Я – нет, а кто-то – может.

– Это не твой проект.

– Это моя территория.

– Мне предложили, я не смог отказаться.

– Ты должен был спросить у меня.

– Зачем, если ты приходишь сам?

– Нарываешься! – внутренне напрягся Прохор.

Вагнер долго думал, пытаясь что-то рассмотреть сквозь туман в его глазах.

– Давай решим вопрос, – наконец сказал он.

– Как?

– Ты даешь «добро», и мы расходимся.

– Это не мы расходимся, это ты идешь, куда я пошлю.

– Теперь ты нарываешься, – хищно усмехнулся Вагнер.

– Нарываюсь, – кивнул Прохор, неподвижно глядя на него.

– Из-за какой-то байды будем ссориться?

– Это не байда. Это нарушенный договор… Будем воевать.