Князь Игорь. Витязи червлёных щитов

Снеговей продолжал завывать над полями, но уже не сёк лица, не забивался в рукава, за воротник, не замерзал на бровях и бороде ледяной коростой.

Ждан свернулся клубком, прижался спиной к тёплому животу коня, натянул поглубже на голову шапку и закрыл глаза. Подремать? Но сон не приходил, мысли роем вихрились в голове.

Ещё и месяца не прошло, как из далёкого половецкого кочевья выехали они с отцом вот в такой же вьюжный вечер и направились на запад, на родную землю. А как много изменилось в его жизни! Судьба вон как круто изменила жизненный путь.

К лучшему ли, к худшему? Кто это ведает? Пока что – к лучшему. Он сдружился с умным и добрым дядькой Самуилом, который, может, и проявляет хитрость к покупателям, сам же говорит: не обманешь – не продашь, но к нему относится как к родному. Окончательно вызволил из половецкой неволи. Познакомился с князем Переяславским и получил от него за добрую весть и верную службу коней, одежду и оружие, а это – целое богатство! Чего ещё не хватает?

Он и не заметил, как задремал.

Проснулся оттого, что чья-то рука трясла за плечо.

– Вставай, отрок! Вставай! А не то задубеем тут! – послышался голос Самуила. – Надо двигаться дальше.

Ждан поднялся. Было уже совсем темно.

– Куда же идти?

– Бери коня за повод и не отставай от меня!

Но не сделали они и сотни шагов, как услышали собачий лай. Значит, впереди жильё, там – спасение: для них тёплая хата, для коней – безветренная конюшня да охапка сена. Вперёд! Скорее туда!

Хата вынырнула из тьмы внезапно – выглянула камышовыми стрехами из-под снега, как гриб из-под листа.

Сквозь махонькое оконце, затянутое сухим бычьим пузырём, мерцал желтоватый свет.

Самуил застучал древком копья в дверь:

– Хозяин, открывай!

Дверь приоткрылась, послышался старческий голос:

– Кто тут? Кого Бог послал?

– Путники, отче! Пусти в хату – замерзаем!

– Да кто же вы такие?

– Гонцы от князя Переяславского к князьям Киевским.

– Так вы и ехали бы в город – к тиуну[20 - Тиун – управитель в поместье князя или боярина.

].

– А что за город?

– Да Глебов же!

– Глебов! А далеко ли?

– Да нет – всего поприще[21 - Поприще – древняя мера длины, равная в разные времена от 120 до 240 метров. Также – дневной или конный переход.]. А это посад…[22 - Посад – в Древней Руси торгово-ремесленная часть города, расположенная за крепостной стеной (вне крепости).]

– Отче, побойся Бога! У нас уже нет сил и два шага ступить, а ты говоришь – поприще.