Легенда о крыльях. Повесть

Так и оказалось – долго не простоял, колхоз кому-то участок потом прирезал… А теперь и самой Кержинки считай нет.

– Да, я такие хатки не застал… только на картинках видел, – согласился Николай, – наверное, романтично. Пастораль. Но жалеть особо нечего, на самом-то деле. Одно дело – на экскурсию сходить, а другое – каждый год мазать, поправлять, печь эту грёбаную топить и дожидаться, когда от уголька какого сгорит вся эта красота к чёртовой матери… Кержинку и правда жалко – не пережила укрупнений… Живописное место.

Мы туда на пруд, что внизу, под кладбищем, с пацанами бегали – карасей дёргать. Комаров там, правда! Тоже до сих пор помню. Да… Так мы – про отличие?

– Так и я про него…

– Не уловил…

– Дом, который я знаю – с потолком и прочей роскошью, вроде пола из досок – бабушке моей после войны колхоз поставил. Он и сейчас пока стоит. Подразвалился правда, за сорок-то лет… Там теперь летом чья-то чужая бабушка гостит, а зимой дом пустует… Но не суть.

Так я думаю, что этот дом вместо вот такой же хатки поставлен был, и в ней они втроем – с мамой и тётей Клавой, до войны и жили.

– Так их же три сестры было? – удивился Николай.

– Люба до войны замуж вышла.

– А… Понятно. Так – и?..

– Да… Ну вот, жили они втроём – в комнате в стиле шалаша – правда с большой печкой, на которой можно спать… Лампочка Ильича на потолочной балке, как у тёти Наташи, если и висела, то светила часа два после захода солнца, а потом гасла в силу дефицита солярки, а так – лампа керосиновая, у которой Шура тетрадки и проверяла, а Клава учебники листала… И скажите теперь, особенно с учётом вашего замечания о том, что жалеть особо нечего ну и так далее… Вы можете представить свою жизнь в таком вот доме, без интернета… и дальше, по нисходящей – без телевизора, без радио, без телефона, газет… Хотя, наверное, при школе или клубе какая-то библиотека была, а у правления – стенд с газетой… Лектор из района раз в месяц приедет, расскажет, что в мире делается, парторг разъяснит – у них же в правлении телефонная связь с районом… Вам легче представить, чем многим прочим согражданам – ваша бабушка, наверное, так же жила и что-то рассказывала.

Так представляете, а?

Николай, похоже, был озадачен, пребывал в недоумении, впал в ступор и потому отделался несколькими эмоциональными оценками, приправленными междометиями.