Хранители Старого Солнца

Лес вдоль дороги всё больше погружался во мрак. Ветер покачивал деревья, и лиственные кроны с каждым порывом начинали оживлённо перешёптываться. Алед с сожалением вздохнул: о ночёвке в трактире оставалось лишь мечтать.

Они были уже далеко – за много вёрст от обнесённого тыном постоялого двора. Суматоха в зале трактира ещё долго не прекращалась: странные путники внезапно испарились в воздухе, и лишь опрокинутые кружки, что валялись под столом в разлитой луже мёда, напоминали о них. Чародей Валейгар, находясь под сильным впечатлением от случившегося, поспешно вышел наружу.

Алед снова стоял на дороге, но теперь она была не пуста. Отряд всадников скакал по ней прямо на него.

ГЛАВА 7

Конная колонна двигалась по дороге быстрой рысью. Одиннадцать пестро одетых всадников на разномастных скакунах заняли всю ширину пыльного тракта, который ровной непрерывной полосой рассекал окружающую лесистую местность.

Лысый всадник, который ехал впереди всех верхом на рыжей лошади, поднял руку, приказывая остановиться.

– Дохлая лошадь, – предположил кто-то за спиной.

Головной спрыгнул на землю и стал подниматься по склону, шаг за шагом приближаясь к тёмно-серой туше, вокруг которой лежали отломанные ветви деревьев.

Он остановился прямо перед серым трупом. Тот принадлежал отнюдь не лошади.

– Что там, Оссимур? – послышался сзади голос другого всадника.

Он тоже спешился и направился к тому же месту.

– Ты когда-нибудь видел драконов, Кабан? – громко спросил лысый.

– Нет, не доводилось.

Упитанный круглолицый мужчина остановился рядом с главарём и с неподдельным интересом уставился на серую тушу. Мёртвый дракон размером с взрослого жеребца лежал на брюхе. Одно из его крыльев было полностью расправлено, другое – подобрано и сложено на спине. Вокруг мелкочешуйчатой змеиной головы ещё тлела выжженная трава, а из приоткрытой пасти вывалился коричневый язык.

– Гляди, его подстрелили! – сказал Кабан.

Осторожно, будто опасаясь, что чудовище всё ещё живо, разбойник протянул руку и выдернул стрелу из сложенного крыла. Чёрная кровь брызнула из раны, и Кабан брезгливо отшагнул, вытирая испачканную перчатку о край плаща.

– Выпущена из лука санамгельских воинов, – сказал он, внимательно изучая зазубренный наконечник и тёмное оперение.

– Его подбили в воздухе, – заключил Оссимур.