Дверца в канализацию

Это ведь отнимет так много времени! Зная папину любовь ко всяким инструментам, краскам, плиткам и всему прочему (когда-то он даже хотел становиться дизайнером) и мамину придирчивость (до сих пор помню, как мы три часа подряд выбирали дверную ручку), несложно догадаться, что это отнимет у нас полдня.

Кажется, я дышала слишком громко, потому что мама даже спросила:

– Эрика, все в порядке? Ты сегодня молчаливая.

Конечно же, все было не в порядке. Но не могла же я сказать об этом маме?.. Три дня назад уже сказала, но что-то она не разделила моих восторгов.

Но и слишком нагло солгать я не смогла. Поэтому ответила просто:

– Не знаю. – И зачем-то добавила: – Весна.

Если учесть, что даже в нашем районе снег таял с каждым днем все сильнее, лужи увеличивались и походили на растущих амеб (а нам в школе рассказывали про амеб), а кое-где начинали уже подсыхать, то в оживленной части города весна царила настоящая. Тут и без того было снега гораздо меньше, чем у нас, хотя бы потому, что специальные службы увозили его в неведомую даль.

А сейчас так вообще – почти никакого снега. Зато солнце светит яркое, бликует в окнах домов.

Я родилась через две недели после начала весны.

Поэтому, пожалуй, я имею полное право называть весну «своей».

Так вот, моя весна почти полностью уже завладела моим городом, и это, несмотря ни на что, заставляло меня испытывать радость. Как будто я в самом деле была цветком, который восхищается появлению солнца и склоняет голову в его направлении.

Ехали мы как никогда долго, но все же приехали.

Строительный магазин высился среди довольно невысоких домиков и совсем не вписывался в окружающую его обстановку. Вся парковка была заставлена машинами, и мы еле нашли место, чтобы приткнуться. Как будто всем вдруг резко захотелось заняться ремонтом. Вот делать людям нечего, честное слово…

Я нацепила свою любимую шапку и вслед за мамой, которая никогда не носит шапки, вылезла из машины. Потянулась, разминая застывшие мышцы. Из машины появился папа, подошел к нам, посмотрел сверху-вниз.

Он у меня высокий, мой папа, и даже выше мамы на полторы головы, а что уж обо мне говорить… Папа улыбнулся и спросил:

– Отправляемся?

Вообще-то раньше мне нравилось, когда папа так делал. Эти его слова бодрили и вселяли дух приключений. Даже если мы шли всего лишь купить обои. Но сегодня они разозлили меня ещё больше. Так и хотелось поинтересоваться, не мог ли он спросить это раньше, когда мы еще не сели в машину.