Когда-нибудь никогда

Леденели губы и пальцы рук, но я надеялась, что Влад этого не заметит.

Как оказалось, зря.

– Обманывать ты никогда не умела…

Он вынул руку из кармана – длинные пальцы, не прикрытые никакими перчатками – и потянулся к моему лицу, кажется, желая что-то поправить. Но я предусмотрительно шагнула назад.

Не стоит меня касаться.

– Не переживай. Сейчас я пойду дальше и на ходу согреюсь. Так что, пожалуй, прекращай меня задерживать, и…

Я хотела добавить нечто вроде «Надеюсь, больше мы не увидимся», но Влад, который сам всегда учил меня хорошим манерам, успел перебить:

– Я хотел пригласить себя в гости.

Мама в последнее время часто о тебе спрашивает. А сейчас она дома. Заодно согреешься. Зачем вообще выходить на улицу в такую погоду?

Тыкать Влада в то, что он в такую погоду сам почему-то находится вне дома, я не стала. Но над приглашением задумалась. Общаться с Владом мне совсем не хотелось, но его мама всегда проявляла ко мне необычайную доброту. А ее я эти полтора года не видела вовсе, даже издалека.

Только если это не очередная уловка Влада.

С другой стороны, зачем ему насильно звать меня к себе в гости? Он сам предельно ясно заявил, что не хочет иметь со мной ничего общего. А вот мамины желания старается учитывать.

Сын он хороший. Мне так всегда казалось, с первой нашей встречи. Если он даже к моему отцу относится с большим уважением, чем я сама.

– А тебе не будет противно находиться со мной в одном помещении?

– Почему мне должно быть противно?

Я склонила голову. Скользнула взглядом за спину Влада.

Белый снег, вереницы домов. Дети. После обеда они все-таки начали появляться на улице, несмотря на холод. И по ним так сразу не скажешь, что они страдают от чересчур пониженной температуры.

– А подружка не будет ревновать? – все никак не могла успокоиться я.

Влад хмыкнул.

– Понял. Ты хочешь меня добить.

– Я всегда могу уйти…

– Мама будет рада, если ты останешься, – он чуть помолчал и только потом добавил: – И я.

Подул холодный ветер, я задрожала ещё сильнее.

Вновь покосилась на Влада. Он неотрывно смотрел на меня. Наконец я решилась (в конце концов, нужно же мне было окончательно попрощаться с чудесной мамой Влада – уж она ни в чем не была передо мной виновата):

– Только ради Татьяны Валерьевны.

– Пусть так.

Идеально чистый подъезд, бесшумный лифт, белые лампы.

Я успела упустить те несколько мгновений, пока мы поднимались до квартиры Влада. Очнулась лишь тогда, когда Влад звенел в дверной звонок.