Сказки скрытней

Левее, где Олак только что ягоду собирал, Великаны в мяч играли. Возле оврага, где ручей, сидели женщины-великанши и что-то делали. (Олак вначале не различал, где у Великанов женщины, где мужчины, а потом различил: женщины были с волосами и голыми ногами). А еще правее стояли страшные Поющие Дома и гремели, ревели жутко. Окружили Великаны Олака почти со всех сторон, нигде не пройти! А где осталась свободная полоска, там, как нарочно, трава низкая. Да и если удастся там прокрасться, выведет эта свободная полоска совсем в другую сторону, далеко от своих.

А места Олаку совсем незнакомые, как обратно к маме вернуться, неизвестно.

Едва Олак это понял, как ему тут же страшно захотелось назад, к своим. До сих пор было интересно: сиди и смотри. Вон сколько всего небывалого, чудесного! А теперь вдруг расхотелось. Зачем узнавать чудесное, если о нем нельзя никому рассказать? Все удовольствие сразу теряется. А как расскажешь, как выберешься, если Великаны рядом ходят? Вот сломают они все кусты, вытопчут всю траву вокруг дуба, и останется Олак со своей ягодой на голом месте – что тогда делать? От таких мыслей ему совсем плохо стало.

А тут еще Поющие Дома ревут не переставая – иногда ничего, а иногда ужасно противно.

Однако Великаны не стали ломать его убежище. Они вдруг бросили играть в мяч и все собрались возле женщин и расставленных на земле Предметов. Тут Олаку снова стало интересно, потому что Великаны стали есть. Честное слово, они ели, совсем как Лесной Народ! Только у них все было чудовищных размеров.

Они раскрывали огромные рты, куда мог бы целиком поместиться Олак вместе с курточкой, показывали страшные зубы, и клали туда какую-то незнакомую, странно выглядевшую еду, и что-то пили из кружек.

Тут один маленький Великан что-то не так сделал. И на него большие стали ругаться. Малыш послушал-послушал, потом повернулся, ушел от стола и направился к дубу, возле которого прятался Олак. Подошел, сел на корточки. И тут Олак увидел еще одно удивительное зрелище: маленький Великан плакал! И это они тоже умеют! Малыш ревел, слезы текли – с кулак!

Известно, что никакой скрытень не может вынести, если рядом кто-то мучается – ему самому плохо становится.

Уж кто только над этим свойством Лесного Народа не потешался: и вороны, и белки, и рыжухи – ну, все. А еще раньше, в древние времена, рассказывают, гномы очень смеялись. Но тут ничего сделать нельзя: такой уж у скрытней характер.