Вальпургиева ночь

Чудовище еще несколько секунд извивалось от боли, а затем бесследно исчезло под водой.

Сергей Иванович почувствовал резкую боль в правой руке и открыл глаза. Он по-прежнему был в воде, но только уже не в море, а в ванной, до краев наполненной водой. Из его правого предплечья хлестала кровь, сильно кружилась голова… Он попытался приподняться и потерял сознание…

На следующий день, ближе к обеду профессора нашли мертвым в ванной комнате. Он умер от большой потери крови… Мораль сей истории такова – не всякое познание добро…

Визит с того света

Историю эту я услышал пять лет назад, когда отдыхал летом в Крыму.

Как-то в конце августа я возвращался на частном такси из Симферопольского аэропорта в Евпаторию. Жара тогда стояла неимоверная, духота не отпускала до глубокой ночи, и лишь к утру наступало кратковременное облегчение. Автомобиль на большой скорости пересекал желтую от жары степь. Вдоль трассы приветливо зеленели акации, грецкий орех, черешни и вишневые деревья. Из окна автомобиля было приятно рассматривать неповторимые пейзажи степных просторов. Воздух казался хрустальным и был настолько чист и прозрачен, что, казалось, можно было рассмотреть на большом расстоянии каждый отдельный листочек на акации или на грецком орехе. Такая особая прозрачность, связанная с сухостью крымского воздуха.

– Нравится здешняя природа? – обратился ко мне таксист.

Это был крепко сбитый детина средних лет.

– Живу здесь уже сорок лет, – продолжил он.

 – Но прекрасней природы, чем в Крыму, нигде больше не видел.

– Удивительный край, – согласился я.

– Не то слово! – продолжал водитель. – Один из лучших уголков мира! А какой воздух! Здесь даже в жару легко дышится. Если бы еще грошей побольше, так я вам хочу сказать: лучше места не сыскать. Главное – как устроишься… Я ведь тоже когда-то свое дело имел. С братом начинали в начале девяностых. Вот тогда мы с братом большие деньги зарабатывали.

– И где же брат? – спросил я, подстрекаемый любопытством.

От моего вопроса таксист изменился в лице.

– Брат в сырой земле, – грустно произнес он. – У нас в Саках на Владимирском кладбище есть целая Аллея Славы из «новых русских» и бандитов… Сам туда чуть не угодил… Было дело… Но Бог миловал! И я сказал себе: «Гриша, зачем тебе все это»… и бросил.

Гриша замолчал, видимо, думая о чем-то своем.

– Да, было время, – подхватил я беседу. – В начале девяностых лихо закрутилась жизнь.