Африканское дежавю

Они недолго искали заветное заведение, хотя на той улице подобных притонов хватало! Кафе отличала оригинальная красно-неоновая вывеска: игривая негритянка время от времени подмигивала глазом, ощерялась в плотоядной улыбке.

На перекрёстке друзьям встретилась группка разбитных чернокожих девиц. Однако «ночные бабочки» с отвислыми грудями и задами не слишком впечатлили товарищей. Они решили последовать совету отельера насчёт товара покачественнее и зашли внутрь.

После кратких переговоров с барменом Евгений и Юрий попали в просторный зал, где их встретила с улыбкой толстая бандерша.

О, бледнокожим гостям там всегда были рады – ведь коли они забрели в её заведение, то уже просто обязаны освободить свои карманы от «баксов» и евро, получив взамен несравненное удовольствие. Особых объяснений не требовалось, и гостям живо предложили портфолио с разнообразными симпатулями, кои откровенно демонстрировали соответствующие прелести. Русские товарищи с удовольствием отметили: тамошние расценки не сильно напрягают в отличие от тех, которые предлагают капризные кокетки на Тверской в Москве.

– Хочу эту – в кудряшках! – не стал долго раздумывать Юрий. Ему очень понравилась задастая девица, у которой на удивление были длинные волосы.

Зато Хазаров всё не мог определиться. Он уже долистал альбом до конца, и хотел, было, возобновить прогулку по нему сначала, как вдруг в проёме стеклянной двери появилась стройная и юная негритянка. Её, будто точёная из эбенового дерева, фигура плавно прошла через зал и скрылась в глубине полутёмного коридора.

Длинные ноги, едва прикрытые вишнёвой мини-юбкой, и небольшие соски сквозь кофейную футболку сразили Евгения наповал. Надо отдать должное, что лицом природа тоже не обидела девушку.

Бандерша сразу перехватила взгляд клиента и несколько напряглась. «Зараза такая, сейчас поднимет ставки», – ругнул себя Хазаров за проявленную слабость в извечном процессе «товар – деньги». О, он хорошо изучил эту древнюю игру, торгуя с девяностых годов подержанными автозапчастями на иномарки.

Потому уже небрежным кивком головы показал:

– Вот эту можно?

Толстуха на ломанном английском стала трындеть, дескать, она стоит дорого, хотя гость и получит самые незабываемые впечатление:

– It will be wonderful! I promise you!.. [1 - Это будет прекрасно! Обещаю вам! (англ.)]

– Ну-ну, посмотрим… – промычал Хазаров. – Сюда я больше не вернусь, потому надо вкусить эротики в полной мере.