Плакса

Вопросов было много, но задал я главный.

– Почему вы больше не в клане?

– О, это две отдельных и очень примечательных истории. Настолько примечательных, что они уже при нашей жизни стали межклановыми легендами. Если вкратце, Эдвардс сам отрекся от клана. Не скажу, что это первый случай в истории, но достоверных прецедентов в официальных летописях не зарегистрировано. От меня же клан отказался сам. Такой случай в летописях упоминается лишь единожды…

– Не хочешь пока рассказывать? – осторожно уточнил я.

– Да, – согласилась девушка, темнея лицом, – это пока слишком уж больно. Скажу лишь то, что мы с Элизи не просто несостоявшиеся соклановцы, но и относительно близкие родственницы. Когда она первый раз коснулась нашей с тобой руки, эта информация стала известна нам обеим. У нас общая искра Дара. Так что сейчас мы в этом доме, как трио отверженных: люди с Даром, но вне кланов.

– Девушки в больнице говорили что-то о генераторах… – вспомнил я.

– Давай об этом уже в другой раз? – попросила Экуппа.

И мы вдвоем постарались перекачать из нашей головы в мое сознание максимально большой объем знаний языка в небольшие отведенные ночью сроки.

На этот раз утром я проснулся не в полной тишине. За стеной довольно громко поскуливал наш новый домашний питомец.

Не став будить Элизи, я аккуратно вышел из комнаты. Эдвардс уже умылся, побрился, оделся и готовился выйти во двор, деактивируя ловушки у двери.

– Доброе утро! – приветствовал я Пройдоху.

– Доброе! – улыбнулся он. – Как твои раны, не болят?

Я сначала не понял слово «раны», но потом догадался о его значении из контекста.

– Раны нормально. Немного больно. Я слышу пса на улице.

Да уж, нормально изъясняться я буду еще не скоро, но, все равно, прогресс в общении очевиден.

– Да, – нахмурился Пройдоха, – у пса тоже раны.

Видимо, он хорошо понимал мои коммуникативные сложности и потому старался говорить убогими короткими фразами.

– Лечить раны стоит много денег. Пес неплохой, но таких денег он не стоит. Очень хочу, чтобы он выжил. Но может не получиться.

Мне стало жалко беднягу. Минимум одна его рана – дело моих рук.

– Я могу помочь с его ранами? – предложил я свои услуги.

– Пойдем и посмотрим, – пожав плечами, ответил Эдвардс.

Вид у пса был жалкий. Еще вчера на вид он был здоров и весел, а вот сегодня ему явно было плохо.