Солдаты Сумерек

Через пару дней он уже пробовал охотиться с луком, а на девятые сутки приступил к лёгким тренировкам. Силы быстро возвращались к молодому живучему организму. Правда, свежие красные рубцы всегда сильно болели и иногда вскрывались от перегрузок. Да часто накатывала тошнота и головокружение. К кузнецу он теперь ездил почти каждый день, пользуясь возможностью бесплатно чинить и усовершенствовать вооружение. А Эдвин Смит не переставал удивляться необыкновенной смекалке в обращении с металлом, которую проявлял нежданный вольный приятель дочери.

Нравилось отцу Сусанны и усердие «оборотня». Володька всегда, чем мог, помогал ему – и в кузнице, и по хозяйству.

С помощью Эдвина разбойник не только восстановил длинный шлем, отбивающий копейные удары и усиливающий голос, но и поставил в него дополнительные резонаторы. В сочленения наплечников нанес спиральные борозды и заполнил их топленым салом. Места, всегда трущиеся о его единственный трофейный панцирь, начали смазываться. Естественно, сразу возросла подвижность и долговечность дорогущей защиты.

Раз в неделю Володька парился со старшим Смитом в русской баньке, которую они с Николаем поставили около своей избушки. Эдвин очень быстро преодолел страх перед церковным запретом на мытье (так как и до того был далеко не безгрешен), и постоянно наслаждался восстанавливающим эффектом. А вечно грязные крестьяне никак не могли привыкнуть к новому цвету кузнеца. Теперь при всем желании нельзя было назвать его «Чёрным» – кожа Эдвина лучилась здоровым коричнево-красным цветом.

А отмытая Сусанна словно расцвела, как гроздь распускающейся сирени. Теперь она только и жила, что трепетными ожиданиями своего «рыцаря-оборотня». Правда, о дальнейшей судьбе их отношений никто старался не говорить. Лишь однажды, в промежутке учебных боёв, Зубров не выдержал:

– Слушай, а ты любишь Сусаннку?

Феоктистов аж поперхнулся от неожиданности:

– Чего?! А… Ну, люблю, конечно. Только, пожалуй, как-то не так.

– Это как не так?

– Ну, словно не хватает чего-то.

Впрочем, я любил одну девчонку в классе. Ещё там, в нашем мире. Ну и было точно так же. Наверное, это и есть любовь. Да, я люблю ее! – закончил он категорически.

– Так чего же не женишься?

Володька опять растерялся:

– Как это?

– Ну, как – как все. На свадьбе погуляем.

– Ты что, смеешься?!

– С чего ты взял? Абсолютно серьезно говорю.

– Да пошел ты! – неожиданно обиделся он, берясь за меч. – Я ещё не хочу. Рано.