Русь святая

 – Видя удивлённый вид больного, главврач умолк, откашлялся в кулак и представился:

– Архипов, Серафим Владимирович, начальник госпиталя. Имел честь вас оперировать. Это коллежский асессор Фон Клюге Борис Иванович. Большой умница и очень способный хирург, в свои двадцать семь лет, иной раз даст фору мне старику. Позавчерась, они мне ассистировали, когда вы изволили на столе лежать.

– Благодарю вас господа. – Ответил Владимирский, а сам подумал: – Какой на хрен асессор, как в кино.

– Благодарите мамзель Николаеву.

Это они полторы суток температуру вам сбивали. Ну голубчик, давайте вас поглядим. Как вы себя чувствуете?

– Доктор, я словно в чужом теле.

– И не удивительно, имея столько осколочных ранений, иметь такие чувства. Откройте рот сударь, а… Отлично, очень замечательно. Давайте разбинтуем ему руки. Голубчик, Владимир Владимирович есть ли у вас боли беспокойства?

– Есть.

– Тогда поведайте нам, что вас беспокоит? – Продолжал допрос военврач.

– Острая боль в сердце.

– Вы слишком торопитесь двигаться. Вам голубчик ещё покой нужен, месячишко другой полежать.

– Доктор, я ничего не помню.

– Как ничего? Совсем ничего? – Насторожился «главврач».

– Вообще ничего из прошлой жизни. Даже отца и мать, и где я родился тоже не помню.

– Уникальный случай.

Здесь оживился все время молчавший фон Клюге:

– Я читал труды одного известного немецкого психиатра, он далеко продвинулся в области психофизиологии и морфологии. Это заболевание давно известно, как mnёmё, от греческого утрата памяти, анестезия происходящее от разных душевных потрясений, и травм головы.

Так же, чаще всего память возвращается совершенно неожиданным образом, больной видя каких-то своих знакомых или родственников, разом вспоминает всё. Вот и выходит, что это заболевание лечится временем.

Врачи тщательнейшим образом осмотрели раны больного, и результатами были восхищены. Оставив повязку только на груди, они раскланялись и ушли.

После плотного обеда, вновь вернулась эта зеленоглазая девчонка с кожаным саквояжем, застав нашего больного полу сидячим в подушках:

– Серафим Владимирович просил обработать ваши раны мазью, что бы избежать гноения.

 – Она раскрыла свою сумку и достав оттуда пузырёк, стала смазывать множественные осколочные раны на руках, лице и ногах. Перейдя к животу, заалев ярче розы смутилась, на что больной заметил:

– Чего постарше никого не нашлось?

– Девчонка покраснела ещё больше.