Личный враг Геринга

Засада в землянке – его идея и исполнение.

– И что нам теперь делать? – спросил Хренов, хотя его эта тема напрямую не касалась.

– Гордиться и завидовать, Алексей Михайлович.

– Не понял, – искренне удивился старшина.

Выдержав паузу на пару затяжек, Васильев с удовольствием продолжил:

– Гордиться, что у вас в полку появился – по определению немцев – такой суперас.

– А завидовать чему?

– Что к нему неравнодушна такая женщина. Александра Васильевна в полку со дня его образования. Ее муж, командир эскадрильи, погиб на испытаниях нового самолета.

Она, как может, продолжает служить его делу. Уважаю. Великой души и ума эта красавица… – Васильев глянул на потупившегося Бессонова и снова резко поменял тему: – А вам, братцы, быть начеку. Немцы обхаживают местных казаков, калмыков, чеченцев, ингушей: мол, придем, дадим автономию, мы только против большевиков и евреев, а вас, значит, очень ценим и уважаем. Знаете, сколько поверило и бежит с фронта или сдается там с оружием? Сколько обучилось или обучается в разведшколах абвера? Уверен, эти двое тоже прошли обучение. Сумеет ли Мыртов вычислить третьего?

– Какого третьего?

– Стандартный состав разведывательно-диверсионной группы немцев три-четыре человека. Обязательно – радист. Он, как правило, непосредственно в диверсиях не участвует. Его берегут и очень грамотно используют в радиоигре. Целые полки снимают с передовой, давая ложные команды якобы из штаба дивизии… На дорогах ложные комендантские группы останавливают и расстреливают командирские машины.

Сеют панику и распространяют лживые слухи… Так что хотел сказать, Пал Григорьевич, осторожней в воздухе. Вычислят, завлекут в засаду…

– Как вычислят, когда каждый вылет на другом самолете.

– Зато позывной и твое «ПКБэСНБэ всегда с тобой.

– Виноват. Дурная привычка…

Васильев глянул на часы.

– Пойду. Мыртов уже должен подготовить клиента для разговора со мной. Кстати, о нем. Вы оба – белые и пушистые – держите его за держиморду и морального урода, которому хлеба не надо, дай только поиздеваться над людьми, а сами ни разу не дали повод для подозрений, действуете всегда строго по уставу и инструкциям… Ведь так?

– Ну… – неопределенно промычал Хренов.

– Снизойдите до того, чтобы понять – он делает свое дело. Не всегда элегантно и тактично, но как может. Сегодня из-за вас рисковал жизнью. И завтра будет… Так что там товарищ Иисус говорил? «Не судите и не судимы будете».