Дерзкая адептка

– Мастер Айнелиас, – подключился Дилан, пока его сестра покрывалась пятнами смущения, – могу я попросить Вас провести повторный зачет? Думаю, что выражу всеобщее мнение, если рискну ходатайствовать за Вашу кандидатуру на подобных мероприятиях, в связи с тем, что мастер Турнэ…

– Оставим эту тему также для последующего обсуждения, – Перси повернулся спиной к студентам, ведя Смерча за собой.

Сколько раз ему уже предлагали сменить Турнэ?

И это учитывая, что проклятый рабский браслет до сих пор опоясывал его запястье.

Но он не может пойти на это. Для Турнэ работа при Академии – его жизнь. Как загораются глаза этого мужчины, когда он говорит с животными! Как он трепетно относится к каждой твари в огромном отсеке Аэгрин, отведенному для хищников и травоядных!

Нет, Перси не может таким образом предать Турнэ. В конце-концов, именно этот мужчина согласился стать его наставником, предоставив возможность потрудиться вместе с ним на благо Академии.

А студенты… что же, у каждого есть свои любимчики и не совсем приходящиеся по вкусу преподаватели.

Интересно только… какое же сложилось впечатление у этой отчаянной зеленоглазой девочки от первого дня на Сулеиме, и, в частности, от столь нетривиального приветствия от Аэгрин.

***

Он ее не узнал!

Стоял в паре шагов, смотрел прямо ей в глаза, и не узнал!

Миллинарса старалась унять участившийся пульс, радуясь, что выступившую испарину на лбу можно списать на теплый островной климат, не привычный для материка, где она провела всю жизнь, не считая редких вылазок в Свободные Воды, где они с Линой бегали по острову, некогда ставшему подарком киосу Ноалу от родителей на трехсот восемнадцатый день рождения.

Будоражащие по своей своевольности слухи, но все же такие романтичные…

Разве это не волшебно, предаваться любви под светом звезд на берегу моря, когда единственными свидетелями вашей близости становятся шелест листвы, да звуки волн, набегающих на белый песок?

Разумеется, ни Лина, ни Гиса, не знали по сей день всех подробностей взаимоотношений между мужчиной и женщиной, но многочисленные книжки, да и слуги, которые порой выбирали для своих утех не самые сокровенные места, помогли принцессам в общих чертах понять, что к чему.

Ей никогда не хотелось опробовать нечто подобное на себе.