Запертый в ловушке

На обложке был изображен красавец восточного вида, который склонился над пышногрудой блондинкой. Оба они были в костюмах по моде девятнадцатого века; декольте из последних сил сдерживало рвущуюся наружу пышную грудь дамы. «Долгожданная ночь любви» – прочел я. Любовные романы, из тех, что, кажется, продают на развес, как картошку. «Неужели можно читать такую муть? Это же вывих мозга!»

Тамара опустила руку с книгой на живот и выжидательно уставилась на меня. Я застыл на пороге, нахмурившись и думая, куда могла пойти Катя.

Придется спросить у ее матери. Может, она знает.

– Тамара, скажите, а где Катя?

Женщина продолжала смотреть на меня, не меняя выражения лица.

– Просто мы были вместе, а потом она… – Я замялся. – Потом Катя отошла, и я не спросил, куда. Она сюда не возвращалась? Не сказала, куда собирается?

Тамара села, опираясь свободной рукой о столик, и тот жалобно скрипнул.

– Это что, шутка такая? – спросила она.

– Какая шутка?

«Господи, неужели Катя успела рассказать ей, что между нами произошло?! Теперь ее мамаша в ярости, и я должен буду жениться!» – пронеслось в голове.

– Извините, так вы знаете, где Катя или нет? – спросил я, стараясь говорить максимально вежливо и спокойно. – Если нет, то…

– Откуда тебе известно про Катю? – чеканя слова, звенящим голосом проговорила Тамара.

Так, тетка-то, похоже, поплыла. Что значит – откуда?

– Вы что, издеваетесь? Это же я, Федор! Вот мое место, – я указал рукой на полку, на которой по-прежнему лежала моя сумка.

 – Мы же пару часов назад все вместе сидели, обедали! Вы с Катей меня угощали, потом я вышел, и она тоже.

Я говорил и видел: что-то не так. Кровь отливала от ее лица, и оно на глазах становилось белым, как подушка, на которой Тамара только что лежала. Губы ее затряслись, щеки задрожали, на глаза набежала влага.

В этот момент я заметил то, чего не разглядел поначалу, и это настолько потрясло меня, что я не мог выговорить ни слова.

Тамара выглядела совершенно не так, как в начале нашего знакомства.

Это была та же женщина – и вместе с тем не та! Мощная, колоссальная женщина-гора уменьшилась в размерах, сдулась, как воздушный шар, из которого выпустили воздух. Она была все так же широка, но похудела не меньше чем на тридцать килограммов. Лицо Тамары обвисло складками, щеки не были такими полными, как раньше, морщины стали гораздо глубже, груди лежали плоскими блинами. Взгляд ее потух, а короткие волосы, прежде крашенные, теперь были совершенно седыми.